Линк просунул свои большие пальцы внутрь её сжатых кулаков, заставляя расслабить руки.

Веда позволила ему это сделать, чуть не проглотив свой кисло-яблочный леденец вместе с палочкой, когда втянула его в рот.

Он взял её левую руку и загнул четыре пальца, положив большой палец поверх них.

– Вот так правильно, – сказал Линк , указывая на её левый кулак. Он взял девушку за вторую руку и сложил её пальцы так, как она делала раньше, расположив большой палец под остальными четырьмя. – А вот так ты можешь сломать себе большой палец.

Веда рассматривала свои руки, удивляясь, почему она сама до этого не додумалась. Теперь, когда он научил её , ей это казалось очевидным.

– Еще тебе стоит хотя бы иногда вытаскивать свой леденец изо рта, прежде чем груша отрикошетит, ударит по палочке леденца, и ты подавишься. И не за что, – сказал Линк , пока девушка стояла и бормотала что-то себе под нос как идиотка.

Веда повернулась, чтобы посмотреть, как детектив пересек комнату и направился к своей любимой груше. Убирая леденец изо рта, все еще с разинутым ртом, она наблюдала, как он сразу же , как и всегда, приступил к делу. И как всегда, он продолжал полностью её игнорировать.

Веда пересекла комнату, чтобы выбросить леденец, и подошла к груше рядом с ним, но не стала использовать свои новые знания, чтобы ударить по ней. Вместо этого она обняла грушу, прижимаясь к ней щекой и просто наблюдая за ним.

В течение нескольких минут Линк старался не замечать её. Позже , когда от её взгляда ему стало жутко и неуютно, его кулаки застыли в воздухе. Н о он не отвел взгляда от груши, когда прорычал:

– Что?

Веда улыбнулась, наслаждаясь ощущением того, как щекой прижималась к снаряду.

– Ты не появлялся в больнице некоторое время.

Четыре недели , если быть точной. Но она опустила эту часть, не желая казаться еще более навязчивой, чем уже была.

– Я уже подумала, что ты к нам больше не придешь.

Линк повернулся к ней спиной и ударил по груше.

– Меня отстранили.

– Что случилось?

Детектив опустил голову, но не повернулся к ней. Веда знала, что он жалел о том , что помог ей с большими пальцами. Говоря себе, что должен был позволить ей сломать один из них. По крайней мере, тогда бы ему не пришлось делить с ней эту комнату, терпеть её вопросы и любопытный взгляд.

Линк поднял голову и уставился на грушу.

– Я разозлился. Потом выразил свой гнев. И меня отстранили.

– Что тебя так разозлило?

Он, казалось, хотел проигнорировать её.

– Мне не дали ордер, на который я рассчитывал. И сорвался на той девочке… Саре Адамс. Я не должен был прикасаться к ней.

– Почему тебе не дали ордер?

– Очередная херня.

– Что за херня?

Линк вздохнул.

– Нецензурные слова. Поясняю: богатый мудак, которого я преследовал, нашел еще одну лазейку.

– Еще одну? Значит, ты следишь за этим богатым мудаком некоторое время?

Детектив продолжил бить грушу, видимо, показывая, что на сегодня с него достаточно разговоров.

Но Веда еще не закончила. Между ними столько всего произошло: первое прикосновение, первый разговор и даже первый намек на улыбку. И все это произошло за каких-то пять минут. Нет, она не может вернуться к молчанию между ними , как это было раньше.

Если она не в состоянии рассказать, кем являлась , поблагодарить и вернуть медальон его матери, тогда Веда хотя бы сможет стать его другом. Приятелем по спортзалу.

Это выглядела достаточно безопасно.

– Почему ты отпустил Тодда, после того как он изнасиловал Сару? – с того момента, как слова слетели с губ, она поняла, что это не лучший способ заводить друзей, но Веда хотела получить ответ на вопрос больше, чем стать его другом.

Линк не посмотрел на неё , продолжая бить грушу, как будто девушки здесь не было.

Её голос стал громче.

– Почему ты не постарался заставить её сделать токсикологический анализ? – когда он снова ей не ответил, Веда сдалась. Она посмотрела на свою тяжелую грушу и толкнула её мыском кроссовка , все еще поглядывая на него. Убедившись, что Линк продолжил игнорировать её из-за беспрестанных вопросов и обвиняющих слов , Веда снова начала лупить по груше , но её удары казались слишком вялыми.

– Я не могу заставить кого-то делать токсикологический анализ, если он не хочет.

Она подпрыгнула от голоса копа , и взгляд метнулся к нему. Веда схватилась за грушу с обеих сторон, вонзив в нее пальцы.

Линк смотрел на нее через плечо.

– Я не могу заставить кого-либо сделать анализы на предмет изнасилования, кто не хочет этого делать. Н е могу кого-либо заставить выдвинуть обвинения, если он не хочет этого делать. Я никого не могу заставить делать то, чего они не хотят. И ты тоже. Чем раньше ты это поймешь, тем лучше станет твоя жизнь. Поверь мне.