Эта женщина убегала от него.

Он нахмурился ей вслед, удивляясь, как она не высекала крошечные искры, когда прокладывала свой, словно полыхающий языками пламени, путь, тщательно обходя персонал больницы, прежде чем исчезнуть за углом.

– С недавних пор , ты, определенно, проводишь много времени в больнице.

Гейдж посмотрел налево и поник.

Старшая медсестра – Латика, ухмыльнулась ему из-за стойки регистрации.

Он вскинул бровь, глядя на нее.

– Мы потеряли главу нашей администрации. Кто-то должен управлять всем, пока мы не подыщем замену.

Латика опустила голову, глядя на него поверх оправы своих очков.

– М -м -м -хм -м -м , – промямлила она, приподняв бровь.

Гейдж собирался уйти, но остановился на середине пути и еще раз повернулся к ней лицом. Он открыл рот, чтобы кое-что сказать, но передумал, а потом повернулся, вновь намереваясь уйти. О н сделал только несколько шагов, когда внезапно развернулся на пятках и снова подошел к стойке регистрации.

– На что именно ты намекаешь?

Латика боролась с улыбкой, посмотрев в сторону коридора, в котором только что исчезла Веда, а затем повернулась к нему.

– Сладкий, так это должно было быть тайной?

Гейдж оттолкнулся от стола, сунув руки в карманы.

– Я понятия не имею, о чем ты говоришь.

– М -м -м -хм -м -м.

– Прекрати. Прекрати хмыкать мне.

– М-м-м-хм-м-м.

Гейдж развернулся, произнося проклятия себе под нос. На этот раз он удалился без промедления, даже не дав Латике насладиться его раздраженным взглядом, брошенным через плечо. Было ли все столь очевидным? Был ли тот факт, что он был брошен женщиной, причем в её собственной квартире, в то время пока стоял на кухне, готовя ей завтрак как какой-то придурок , так очевиден? Было ли это написано у него на лице? Возможно ли , что все в больнице успели это заметить ?

Он вдруг почувствовал, как они все смотрели на него. Медсестры, ординаторы, хирурги – все беззвучно смеялись себе под нос над тем, как он выставил себя дураком.

Гейдж знал это с самого начала. Настоящие отношения, настоящая близость, реальная любовь, доверие и преданность не могли существовать в его мире. Часть его спрашивала, а существовали ли они вообще.

Несмотря на это, одно было наверняка.

Веда , возможно, смогла заставить его сомневаться в аспектах своей жизни, своих родителях и мире, который он всегда знал. Она, возможно, смогла заставить его поверить, пусть даже на мгновение, что это возможно, что все могло быть возможным…

Гейдж сделал вдох и заставил свой разум прекратить строить догадки. Прервать ход этих мыслей, прямо сейчас и навсегда.

Она, возможно, уже обманула его однажды, но Гейдж поклялся себе, прямо здесь и сейчас, что он никогда не даст Веде Вандайк шанс сделать это дважды.

***

П оздно вечером Веда открыла дверь своей квартиры, настолько усталая от долгого рабочего дня, что легко бы смогла вырубиться прямо на коврике у входа. Однако , когда она повернула в замке ключ, всплеск адреналина промчался сквозь нее, а пальцы начали трястись. Даже после отказа Гейджу накануне днем, он все равно был достаточно любезен, чтобы закрыть нижний замок после своего ухода.

Её сердце невыносимо сжалось.

Веда знала, даже прежде чем зашла в свою квартиру, что та не будет разгромлена, хотя она бы не удивилась, ведь некоторые мужчины мстят таким образом. Особенно, когда их эго было уязвлено настолько, насколько она ранила эго Гейджа.

Нет, её квартира была безупречна. Каждый горшок и кастрюля были вымыты и убраны. Если она не сошла с ума, её рабочие поверхности на кухне были на самом деле чище , чем они были до его прихода.

И его запах.

Он всё еще был здесь.

Веда бросила сумку на кухонный пол, молясь, чтобы аромат со временем выветрился. Она начала снимать с себя медицинскую форму, пока направлялась в сторону своей спальни, бросая рубашку и штаны на пол.

Девушка добралась до своей комнаты в одном лишь бюстгальтере и трусиках, и остановилась как вкопанная.

Посреди её кровати, где постельное белье по-прежнему было смято после их страстного занятия сексом, стоял поднос с завтраком. Два стакана нетронутого апельсинового сока манили её с порога, и она подкралась неторопливым шагом , как если бы поднос действительно был бомбой замедленного действия.

Когда остальная часть подноса попала в поле её зрения, Веда не знала почему, но из её глаз покатились слезы. Девушка дотронулась рукой до края губ и посмотрела на блинчики, которые он расположил на тарелке так, чтобы они выглядели как восход солнца.

Блинчик изображал само солнце, а тонкие ломтики клубники вокруг него представляли подобие лучиков. Он даже нашел чернику, чтобы сделать глаза, и пакетик с шоколадной стружкой для улыбки. Полоски бекона служили для того, чтобы придать завершенный образ солнцу в виде рук и ног.