– Мама! У нас другая ситуация и я тебе доверяю, потому что знаю - ты не будешь искажать факты, - нервно воскликнула я.
– Так что давай, всё рассказывай!

– Прости. Не могу. Я дала обещание, что позволю Луке самому всё тебе объяснить, - она виновато отвела глаза.
– Могу лишь сказать, что мне не понравились его объяснения насчёт молчания. Я, конечно же, за опеку и оберегание любимых, но чрезмерная забота вызывает у меня неприятие и порой наталкивает на нехорошие мысли о недоверии. Я так прямо ему и сказала...

– Что это значит?
– требовательно спросила я.
– Он что, молчал, боясь, что я выдам его планы или сболтну лишнее? Думал, что так защитит меня?

– Вот ты у меня настырная, - мама рассмеялась.
– Думаешь, что так вытянешь все ответы? Я же сказала, что пообещала молчать...

– Так значит? Молчать пообещала? Ну ладно, тогда и я тебе не скажу одну очень важную вещь!
– раздражённо бросила я, а затем поднялась и начала молча прохаживаться по комнате.

Поглядывая на маму, в ожидании, когда она сдастся, я принялась гримасничать, давая понять, что новость очень интересная и важная, но мама лишь с улыбкой смотрела на меня.

"Ох, а меня ведь так и распирает от новости, что она скоро станет бабушкой... Ха, распирает... Вот уж точно, как в переносном, так и в прямом смысле меня скоро начнёт распирать, когда малыш вырастет больше", - подумала я и улыбнулась, представив, как хожу в перевалку с большим животом. "Папочка-то у него высокий и атлетичный, и если учесть, что говорил Лука о доминантных генах метаморфов, то выходит, малыш пойдёт полностью в него. Так что большой живот мне обеспечен!".

– Ириша, ну не могу я сказать. Это ведь не моя тайна, а Луки, - мама уже жалобно посмотрела на меня.
– А ты знаешь, что чужие тайны я уважаю.

– Знаю, - буркнула я, а потом не выдержала и сказала: - Ладно, вижу, что вы с Лукой уже спелись и пытать тебя бесполезно. В общем, недавно я узнала, что, - глубоко вздохнув, как перед заныриванием, я выпалила: - Беременна!

В первые секунды мама сидела не двигаясь, и как будто не поняла услышанного, а потом ошеломлённо переспросила:

– Что? Беременна?!

– Угу, - я кивнула, пристально глядя на неё, а после призналась: - Правда, какой точно срок, не знаю пока, но не меньше двух месяцев. А в больницу никак не выберусь, да и страшновато. Малыш ведь наполовину метаморф, а значит с особенностями. Вдруг у меня возьмут анализы и выявят это. Потом ведь проблем не оберусь...

– Ох, подожди, дай прийти в себя, - попросила мама, прервав меня, а когда это получилось, счастливо улыбнулась и добавила: - Значит, я буду бабушкой?

– Да!
– ответила я, радуясь, что маме новость понравилась.

– А как ты себя чувствуешь?
– она тут же озабоченно посмотрела на меня, а потом в район живота.
– Всё хорошо? Не тошнит?

– Мама, всё просто замечательно! И скажу даже больше! Так как метаморфы обладают сильными регенеративными способностями, то уже сейчас малыш избавляет меня от шрамов и рубцов. Вот, смотри!
– стянув парик, а потом свитер, я подошла к матери ближе и дала себя рассмотреть.

– Невероятно, - изумлённо прошептала она.
– Шрамы на голове намного меньше и волосы растут!... Ой, а вот этот шрам на плече у тебя так долго гноился и плохо заживал, и такой уродливый рубец был, а сейчас он почти плоский...

– Верно! И так по всему телу!
– подтвердила я.
– Малыш лечит меня!

– Ай да Лука! Везде успел, - мама рассмеялась и приложила руку моему животу.
– Я уже с нетерпение жду появления на свет своего внука или внучки. Не шевелится ещё? Может у метаморфов всё быстрее, чем у людей?

– Ох, а вот этого не знаю, - с сожалением ответила я.
– И спросить не у кого. Да и вряд ли кто-то может точно ответить, что за ребёнок будет у метаморфа и сновиды.

– Да уж, даже немного не по себе от его возможных способностей, - задумчиво сказала мама, а потом снова улыбнулась и спросила: - Может, Луке позвоним, обрадуем его?

– Нет!
– испуганно запротестовала я.
– Ему пока о моей беременности лучше не знать!

– Почему?
– она нахмурилась.

– Ну, во-первых, пока я не получу все ответы от него, ничего рассказывать не буду. Во-вторых, Лука когда-то говорил, что не горит желанием обзаводиться детьми, потому что это лишний рычаг давления. А в третьих..., - я осеклась, а потом всё же договорила: - Хочу быть точно уверена, что нужна ему даже без способностей. Поэтому о ребёнке пока следует молчать.

– Ириша, ты нужна ему, - ласково сказала мама, обняв меня.
– Он любит тебя. Если бы только слышала, каким тоном он о тебе говорит, и видела, как меняется его взгляд, то все сомнения отпали бы сразу. И думаю, ребёнку очень обрадуется.

– Хм, слова и взгляды это одно, а действия другое, - хмыкнула я.

– А моё спасение это не действие?
– тут же нашлась мама.
– Впрочем, я тебе понимаю. Ты хочешь точно быть уверенной, что нужна Луке любой - и со способностями, и без. И с ребёнком, и одна.