— Печать разрушает Хаос, а у меня нет уверенности, что получится полностью очистить от него это тело, — поморщился альбинос. — Возможно, понадобится твоя помощь.

— Помощь ординара? — усмехнулся я. — Забавно. А если сам подойдёшь к Печати — тебя просто развеет в прах?

— Поживём — увидим. — Сергио вогнал мне иглу под кожу, и мир обволокла непроницаемо чёрная тьма.

Очнувшись через несколько минут, я сжал и разжал левую кисть в кулак, поморщился от рвавшей руку от плеча до кончиков пальцев боли и подтянул к себе аптечку. Вот только ничего стоящего в ней обнаружить не удалось, и пришлось натягивать сунутый мне альбиносом маскировочный комбинезон.

— Помнишь наш разговор? — на всякий случай уточнил Сергио.

— Чушь какая-то, — попробовал присмотреться к нему я, но глаз моментально заслезился.

Сергио — порождение Хаоса? Вполне может быть. И что? Сейчас меня больше занимал совсем другой вопрос — почему я до сих пор не сдох? Судя по ощущениям в левой руке, самое время концы отдать.

— Как скажешь, — усмехнулся альбинос, помог мне справиться с застёжками комбинезона и только затем отправился к видневшемуся неподалёку полю, замощённому серыми бетонными плитами. — Не отставай!

— Иду. — Я огляделся напоследок по сторонам и неожиданно почувствовал лёгкое сожаление.

Уходить не хотелось. Наоборот, закралась мысль: а каково это — жить в нормальном мире? Не в пропыленном городе, застроенном серыми коробками зданий, а вот так: среди деревьев, рек. Когда под ногами не асфальт, а трава. И вместо Пелены над головой синее небо. И солнце вместо солярия.

Да — солнце! Не хочу обратно в эту паскудную серость!

Вот только солнце над головой — всего лишь недостижимая мечта. Недоступная простому ординару роскошь. Да и неординару тоже...

Так не лучше ли получить шанс начать всё сначала и разрушить последнюю Печать?

Поёжившись, будто это могло выбросить из головы неудобные мысли, я бросился догонять успевшего выйти к Ограде Сергио. Догнал, пошёл рядом, но не выдержал и, обернувшись, запрокинул голову к небу. Ух...

Укрывшись за перекошенным бетонным блоком, я минут десять рассматривал в бинокль раскинувшееся перед нами серое поле. В итоге не сумев заметить ничего подозрительного, махнул альбиносу рукой и, на всякий случай пригибаясь, побежал к видневшимся неподалёку развалинам. Или наоборот — недострою? Да и не важно. Главное, что на роль временного убежища здание вполне годилось.

Как чувствовал — укрытие и в самом деле понадобилось: стоило нам пролезть в дыру в колючей проволоке и повалиться на заметённый песком пол, как неподалёку пронёсся гвардейский болид. А потом, с интервалом в несколько минут, уже подальше пролетела ещё пара десантных машин.

Неужели засекли? Или простое совпадение?

— Если бы засекли, сразу бы сюда пожаловали, — усмехнулся Сергио, глядя на исчезнувшие из виду транспорты.

— Мог сигнальный датчик тревогу поднять, — не разделил я его оптимизма. — В идеале нам бы переждать здесь, но время поджимает, так?

— Видно будет, — передёрнул плечами альбинос.

Я попытался успокоить дыхание:

— А если прижмёт, сможешь нас отсюда в город перекинуть? Ты говорил: обратно должно быть проще...

— Не уверен...

— Хреново. — Я перевернулся на спину и зажмурился.

Определённо мир сошел с ума — мой собеседник считает себя порождением Хаоса, а я мало того что в это верю, так ещё и до сих пор не попытался его прикончить. Нехарактерное для меня поведение, не так ли? Более того — придётся ему помогать.

Но что я получу взамен? Исцеление? Амнистию, если всё сложится удачно? В моём положении о большем и мечтать не приходится, только вот как-то очень уж дурно попахивает от такой надежды. Будто собственную шкуру за чужой счёт спасаю. Да нет, чушь какая-то...

— Церковь Искупления, почему она запрещена? — Чувствуя, как меня вновь начинает затягивать водоворот видений, приподнялся на локте я.

— А какое место в этой религии для Лордов? — усмехнулся Сергио. — Они и сами не знают, кто их создал и зачем. Они просто существуют и наслаждаются жизнью, а какой ярлык на них наклеят сектанты? Падших ангелов — бывших слуг Создателя? Ключевое слово — слуг? Или проклятых всадников Апокалипсиса? Зачем им это, а?

— Они могли основать свою религию...

— Для них лучшая религия — это атеизм и материализм. Вера слишком тонкая материя, чтобы с ней играть. Можно невзначай поверить самому, и тогда... Не очень приятно жить, осознавая, что все эти людишки обладают бессмертной душой, а ты сгинешь в небытие вместе с изъеденным Хаосом миром.

— Тебя самого это не беспокоит? — без всякой подначки поинтересовался я.

— Если бы меня это беспокоило — давно бы жил в одной из башен, — хмыкнул в ответ альбинос.