Мое сердце колотится о ребра. Я не должна быть шокирована, она сказала всё, о чем я предупреждала Киллиана. Почти дословно. Но ожидала я наблюдения со стороны или нет, унижение, которое ощущаю, когда меня рассматривают в роли не больше, чем шлюхи Киллиана, почти невыносимо.

И затем меня пронзает гнев на саму себя за то, что предвидела это, и на нее, за то, что считает так же.

Я бросаю на женщину долгий взгляд, наблюдая, как она пытается не начать ерзать на месте.

– Вы слишком молоды для репортера, которого назначили бы освещать концерт «Килл-Джон».

– О чем вы говорите? Мне двадцать шесть, и я, вероятно, старше большинства этих поклонниц.

– Ага, но они здесь с единственной целью. Вы тоже? Потому что большинство других репортеров, которых я встречала, мужчины за тридцать.

Глаза Зельды прищуриваются.

– Это жесткий бизнес.

– И девушка использует любые активы, с помощью которых может подняться наверх, верно? Вот как вы попали сюда, мисс Смит?

– О, я понимаю. Пытаетесь пристыдить меня? Знаете, это был правильный вопрос. Вы связаны с Джеймсом. Никто даже не слышал о вас ранее. Не стоит ли задаться вопросом...

– Достигла ли я этого с помощью секса? Конечно, стоит. Потому что именно этим вопросом задаются насчет привлекательных, успешных женщин, не так ли? Достигли мы всего при помощи таланта или раздвигая свои ноги? Если бы я была мужчиной, задали бы вы этот вопрос?

– Киллиан, как известно, не симпатизирует мужчинам.

– Не это причина, по которой вы задали вопрос.

Ее челюсть сжимается.

– Ваша точка зрения ясна.

– Эксклюзивно для вас скажу со всей честностью, с которой могу сказать, - я наклоняюсь ближе.
– Киллиану пришлось уговаривать меня присоединиться к туру. Потому что я говорила ему, что люди сделают уродливые предположения насчет того, что он привел незнакомку в тур группы «Килл-Джон». Но если вы и вправду знаете о нем хоть что-то, то должны быть в курсе, что он на редкость упрям. И что для Киллиана его любовь к музыке и то, что может сработать для группы, важнее любых глупых слухов.

– Вы так верны ему?

– Конечно, верна. Он дал мне шанс, который никто другой не предложил бы. Все ребята из «Килл-Джон» дали мне шанс, - я одариваю девушку стандартной для прессы искусственной спокойной улыбкой.
– Вот почему мне радостно работать с ними и привносить всё то, что я могу привнести, - встаю и разглаживаю юбку.
– Хорошего вечера. Надеюсь, вы насладитесь фильмом.

Она ничего не отвечает, но ее глаза-бусинки следят за мной, когда направляюсь в сторону кинотеатра. И я притворяюсь, что внутренности не дрожат от трещин в моей гордости.

Киллиан

Одна хорошая вещь в том, чтобы быть рок-звездой? Яркие моменты на публике уже не просто ожидаемы - они не вызывают сомнений. На сей раз я использую полное преимущество этого аспекта, когда вхожу в кинотеатр и направляюсь по заднему проходу к назначенному месту. Хмурое выражение моего лица отпугивает всех, кто подумывал присоединиться ко мне.

Я листаю новости на телефоне, когда кто-то всё же плюхается на сиденье рядом. Но все гадости, которые я планировал сказать, улетучиваются, когда вижу Либби. Она держит большую упаковку карамельного поп-корна и бутылку воды.

– Либс, - говорю в знак приветствия.

– Не могу поверить, что мы увидим "Силу Пробуждения". Я пропустила ее, когда фильм только вышел.

– Моя маленькая отшельница. Когда в последний раз ты вообще смотрела фильм в кинотеатре?

Она забрасывает в рот горсть карамельного поп-корна, перед тем как бормочет:

– Заткнись.

Я беру и себе немного ее поп-корна... который определенно лучше, чем качество фильма.

– Можешь поблагодарить Скотти за сегодняшний просмотр. Он тащится по Звездным Войнам.

– Нет, - выдыхает она шокировано.
– Это так...

– По-человечески? Ага, я тоже был удивлен.

Я люблю Скотти. Он - моя скала в этом бизнесе. Но чуваку двадцать восемь, а не восемьдесят. Однако я часто ожидаю, что он помашет нам тростью и станет орать за то, что мы топчемся по его газону.

Он занял кресло по центру среднего ряда, бросая, как и я, смертоносные взгляды на всех, кто приближается.

Либби сует бутылку с водой в держатель рядом.

– Ты можешь поверить в это место?
– с выпученными глазами она осматривает стены из оптического волокна и огромные хрустальные люстры, ряды диванчиков на двоих, которые буквально рассчитаны на двоих людей. Ее руки гладят широкий кожаный подлокотник с противоположной от меня стороны.
– То есть эти раскладывающиеся диваны? Закрытые входные двери.