– Это было так давно, – проговорила она. – Мне было всего года три, но до сих пор больно об этом вспоминать.

– Да, я понимаю, дорогая.

– А когда ты потерял свою семью в этой стране Будущего?

Он улыбнулся:

– Это произойдет лет через тысячу после сегодняшнего дня.

– Честно?! – вскрикнула молодая женщина.

– Честно.

– О, нет! – она беспомощно откинулась назад, а затем молитвенно сложив руки на груди, взмолилась. – Ну расскажи мне еще, пожалуйста!

И уступая ее настойчивому требованию, Виктор продолжил свой рассказ. Вкратце рассказав о том, что случилось, вернее случится с человечеством в следующие столетия. Он описал появление машин, новых человеческих идеалов. Виктор рассказал о новых медицинских открытиях, с помощью которых будут побеждены многие болезни.

Она слушала его часто перебивая, пытаясь выяснить значение многих непонятных слов. Но что особенно поразило Виктора – это то, с какой готовностью его жена верила в удивительные рассказы. Впрочем, в этом как раз и не было ничего странного. Ведь Рейна, как и все люди средневековья, была глубоко верующим человеком и не сомневалась в том, что существуют и великаны, и тролли, и эльфы, и феи, и из морских пучин поднимаются страшные чудовища. Поэтому все его рассказы были для Рейны не более неправдоподобными, чем те саги и мифы, которые окружали любого викинга с детства.

Они говорили уже очень долго. Но Виктор предусмотрительно не обо всем рассказывал сейчас Рейне. Так, например, он не говорил ей о страшном оружии, созданном людьми будущего. Он умолчал о войнах и возможности ядерного кошмара.

Рейна была страшно заинтересована. С горящими от восторга глазами, положив подбородок на руки, она с восторгом представляла себе картины того, как будут жить люди через многие сотни лет.

Когда Виктор замолчал, она подняла на него свой горящий взор и посмотрела на него как-то по-особому, словно видела в первый раз. И вдруг робко спросила:

– И там, в этом мире, ты любил меня, Виктор?

– Да!

– Ты так и говорил мне тогда в бане. Он улыбнулся.

– Я не забыл об этом, дорогая. На ее лице появилось нетерпение.

– Но если ты любил меня в стране Будущего, почему же я об этом не помню.

Он мягко предположил, желая успокоить ее:

– Может быть, потому что, ты еще не прожила эту жизнь.

Рейна нахмурилась, обдумывая его слова.

– От всего этого голова кругом идет! И как меня там звали? или будут звать?

– Моника.

– А какая она, эта Моника? Он улыбнулся:

– Очень независимая.

– А что значит – «независимая»? Виктор усмехнулся; ему ужасно нравилась непосредственность и какая-то наивность вопросов Рейны.

– Ну это значит, что ты будешь очень привязана к своей карьере киноактрисы.

– Подожди, а что такое «карьера», а киноактриса – что такое?

И снова ему пришлось объяснять жене, что означает слово «киноактриса» и, вообще, что такое кино. Наконец, когда он сравнил кинофильмы с движущимися картинками, Рейна, кажется, более-менее поняла сам принцип и разочарованно протянула:

– А-а, так это что-то вроде бродячих лицедеев. И неужели я любила эти бегущие картинки больше чем тебя?

Виктор посчитал, что необходимо оправдать Монику.

– Ну, ты ведь хотела быть звездой!

Рейна подняла глаза к небу и недоуменно спросила:

– Какой звездой?

Он подавил улыбку, чтобы ненароком не обидеть ее:

– Нет, дорогая, это не совсем то, о чем ты подумала. В этом мире это значит – быть знаменитой, так что тебя будут узнавать все люди и будут восхищаться тобой и твоим талантом.

Рейна, видимо, не совсем поняла, как это прославиться лицедейством – это же не воинские подвиги, – и поэтому решила сменить тему. Она спросила о более важном для нее:

– И значит, ты любил меня? Виктор посмотрел ей прямо в глаза.

– Очень! Больше жизни!

Рейна покраснела от удовольствия.

– Тогда почему же ты покинул меня там, в стране Будущего?

Он печально улыбнулся:

– Это ты, девочка, порвала со мной!

– Что значит «порвала»?

– Ты прекратила наши отношения, потому что не хотела выходить за меня замуж и не хотела, чтобы у нас были дети.

Она нахмурилась, и внезапно на ее лице появилось выражение непреклонности:

– Знаешь, – сказала она, – я не очень-то, наверное, отличаюсь от той будущей женщины.

Виктор почувствовал, как болезненно сжалось у него сердце. Он протянул к ней руку, обнял и сказал задыхаясь:

– О, не гони меня сейчас, после того как мы были с тобой так близки!

Виктор потянулся к жене, чтобы поцеловать ее, однако, Рейна отстранилась от него и, уперевшись руками в его широкую грудь, задала еще один вопрос: