— Я врач, точнее был врачом, теперь так, техник, подрабатываю на Фармконтроль.

— А чего так скромно? Врач — это круто, интересно. Вот я бы — не решилась. Ответственность большая. А ты чего ушел-то? Нет, если хочешь, не говори.

— Да секрета никакого нет, сам бы никогда не ушёл. Пенсионер я. Три дня как... Вот такие дела! — припечатал я ладонью по коленке, — ты извини, палатку надо ставить, а то уже за шиворот капает.

— Ого, да ты дедуля, резвый Рейнджер! Не парься, ща всё будет красиво.

Эвглена села в позу лотоса, сцепила пальцы в замок и начала петь тихую песню. Слова были не разборчивы. Ведьма раскачивалась в такт мелодии.

Вокруг зашуршало, зашелестело, из стенок оврага поползли толстые стебли лиан, на ходу покрывающиеся толстыми мясистыми листьями с ладонь величиной. За несколько минут они образовали над нашими головами плотный шатер, который надёжно закрыл нас не только от дождя, но и от начинающегося ветра.

— Здорово, Хельга, вот это класс. «И под каждым ей кустом был готов и стол, и дом...» — продекламировал я, находясь в полном восторге.

— Да это мелочи, Эс, третий уровень заклинания Полог Лианы, по случаю купила, экономит средства на палатки и ночлег под открытым небом. — Ты от темы не уходи, бодрый старикан, теперь понятно, почему полез целоваться, на молоденькую потянуло!

— Да тьфу на тебя, Хельга! Я думал, ты отыгрываешь свою Ведьму, а у тебя на самом деле мысли только об этом.

— О чем?

— О том самом! Тебе сколько лет, микроэколог? А?

— Дамам такой вопрос неприлично задавать! — Эвглена поджала губы.

— Да я и так вычислю. Судя по тому, что ты сказала, играешь пять лет. Вход в полный аккаунт игры — с 18 лет. Хорошо знаешь, что в школе не изучают зоологию последние 20 лет. Речь, словечки, степень психофизической реакции. Думаю, в итоге — 25-28 лет максимум.

— Умный какой! А я тоже про тебя скажу! Пенсионер! Дома подрабатываешь, внуки небось уже, жена старая надоела, вот и ныряешь в Игру, ощущения обновить. За молоденькими приударить. То. Сё. Глядишь — и обломиться. Тьфу! Мерзость.

Мы сидели насупленные и смотрели на огонь догорающего костра. В вечерней тишине слышен был только шелест дождя и хихиканье фейри, играющих в салочки в дебрях волшебных лиан. Я повернулся к Ольге и столкнулся с её глазами, смотрящими на меня в упор. В её зрачках вспыхивали то ли блики костра, то ли весёлые искры смеха. Губы были плотно сжаты. Казалось она находилась на грани борьбы с собой. Я вдруг представил нашу беседу со стороны, со всеми сказанными друг другу словами. Не выдержал и облегчённо рассмеялся. Хельга присоединилась ко мне.

— Хель, — сказал я, немного отдышавшись, я забыл сказать, там Капитан шикарную похлёбку приготовил, ты поешь, пока совсем не остыла, — и встал, чтобы набрать в чистую миску.

— Я сама, сиди, — остановила она меня, — ммм, вкусненько, — она обмакнула кусочек сухаря в варево и отправила его в рот, облизнув пальцы.

— Хельга. Чтобы отбросить лишние вопросы. Мне сорок восемь лет. И, спасибо Родине родной, я пенсионер. Московский. Это немного радует. Внуков у меня нет, как и детей. Из родных — только мой дед. Я был бы очень счастлив, чтобы у меня всё было именно так, как ты предположила. Не случилось. Так бывает. И ты права. Я — задрот. Последние десять лет моей главной целью было не сойти с ума и играть, пить атарактики и играть, изображать врача и играть. И насчёт секса, чтобы всё по-честному. Было несколько раз. В Игре. В Карагоне, в Красных кварталах.

Я сидел застыв, гладя на огонь.

— Бедненький... — прошептала Эвглена.

— Ну вот ещё! Хватит соплей, нам рано вставать, завтра длинный переход, я лягу, постараюсь отоспаться в игре. Ты хочешь спи, хочешь выходи. Завтра с утра выходим.

— Да, забыл, ещё тренировка с Модом. Пойду растолкаю его, а после неё – на боковую. Хочешь с нами, иди. Нет — до утра делай что хочешь.

Я поднялся, убрал котёл с огня, завернул его в мешковину и накрыл своей подстилкой. Так долго не остынет.

— Я уже не сплю, — рядом появилась фигура Капитана, — пойдём к роднику, там условия освещения лучше, да, надо будет снять весь твой сет, есть во что переодеться?

— Да, Мод, найду, — озадаченно ответил я, хватаясь за свисающий корень на краю оврага и следуя за эльфом.

Подойдя к роднику, я заметил, что принесённая мной миска с похлёбкой выскоблена до блеска и в неё горкой насыпаны крупные спелые ягоды. Мод подошёл к роднику, одной ладонью умыл лицо, другой бросил у озерца монету.