Пока происходила погрузка, больше всего возни сваливалось на Пафнутия, который укак раз и отвечал за груз. Во-первых, как уже было указано в случае с торпедами, некоторые вещи необходимо разместить именно так, а не иначе. Во-вторых, при загрузке любого судна необходимо соблюдать центровку - тобишь, грузить равномерно, чтобы посудина не кренилась на бок и не приобретала дифферента, сухо цокая. В третьих, груз нужно закрепить, чтобы он не сдвигался от качки - если сотня тонн начнёт ползать по трюму, это хороший шанс искупаться. Короче, осёл бегал по всей подлодке, грохоча копытами по металлу, проверял такелаж и давал указания грузчикам, как ложить.

– Да как-как, в пух!
– давали ценные указания грызи, и катились в смех.

Пафнутий, подумав головой, ближе всего к центру лодки - тобишь, к двигателям - размещал снарядные ящики, потому как им от такого соседства ничего не будет. Затем шли топливные ёмкости, и дальше всего от движков - торпеды, потому как им могла повредить длительная вибрация. На "Плюхановца" напихали ажно сорок восемь штук торпед, почти полста! Если заряжать торпедные катера, на которые влезает по шестеро таких дур, получается восемь заряженых катеров, против математики не попрёшь. Насколько было известно, торпеды эти всё ещё не имели системы наведения, потому как никто ещё не дошёл до этого. Однако, в сравнении со старыми довоенными, эти "рыбки" были раза в три быстрее, а кроме того, имели повышенную мощность боевой части. Одной такой торпеды хватит и на тяжёлый корабль, при везении, а эсминец просто разорвёт на части. У торпеды тип 50 также имелись несколько режимов работы - обычный, когда снаряд идёт по прямой; реверсивный, когда после некоторого расстояния торпеда поворачивает обратно, причём делает так несколько раз, теоретически, повышая вероятность попадания в цель; наконец, был применён режим хода по окружности.

Кселиса, полазав под штабелем торпед, убедилась в том, что округлые серые тушки лежат как следует. Лиса провела лапкой по грубому металлу обшивки, прикидывая, сколько в тротилловом эквиваленте спрятано внутри, и невольно поёжилась. Одно хорошее попадание в лодку... однако успокаивало то, что "бакланы" зарекомендовали себя весьма надёжными посудинами. Подлодки погибали при атаке на вражеские корабли либо при пересечении заграждений, но перехватить лодку в открытом море, даже если и удастся её обнаружить - дело практически безнадёжное. А это в пух, как кое-кто цокнет, особенно если плывёшь на этой самой лодке.

Погрузка продолжалась весь день и потом в потёмках, потому как быстро тут не отделаешься. Впрочем, последние пару часов оставалось только ждать, пока насосы накачают горючку в мешки. Ровным счётом все морячки с "баклана" регулярно толклись возле стенок мешка, тыкая в них лапами и убеждаясь, что они действительно держат содержимое внутри. В отличие от погрузки бочек, вони почти не было, что и требовалось доказать. Грызи, подсуетившись, добыли на складах несколько канистр с реагентом, который использовался для нейтрализации торпедного топлива, ежели всё-таки будет протечка. Кселиса дальновидно забыла спросить, где они это взяли, потому как меньше знаешь - крепче спишь, а сейчас главное, что реагент на борту корабля. Многие наслушались историй о том, насколько опасны бывают некачественные торпеды, так что, эт-самое.

Пока закачивали топливо, экипаж по большей части дремал, но лисица всё же продолжала шуршать по подлодке, обнюхивая каждый закуток. Казалось бы, стальная калоша и всё, но на самом деле, топография тут весьма сложная, и есть действительно много мест, в которые нельзя попасть, если не знать, куда именно лезть. Огромные уши лисы позволяли ей различать даже слабые звуки, в частности - смешки белокъ, эхом разносившиеся по всей лодке. Грызи глушили чай в своём кубрике, который находился ближе к носу корабля, и катались по смеху, как шарики по подшипнику. Ничем не проймёшь курицыных детей, хихикнула Кселиса, но сейчас это чрезвычайно кстати. Чуткий слух также позволил ей невольно услышать бухтение Гуделя, потому как козёл не потрудился закрыть дверь в отсек. Лиса невольно фыркнула, разобрав слова.

– ...Да хвостом натрясла, ясно и ежу!
– блеял Гудель, - Нашлась капитанша, якорь в...

– Блин, Гуд, - ответил Пафнутий, - Ты вроде и малый не дурак, но иногда и дурак не малый. Натрясла... Это тебе чё, мёд ложками лопать?

– Да пожалуй нет, - пораздумывав, согласился козёл, - Но ты правда думаешь, что она водила "баклана" в Кстрепку?

– Шутка была бы тупая, - хмыкнул осёл, - Так что да, так и думаю. Кроме того, Гуд, это лиса. Ты прекрасно знаешь, что лиса - это очень полезно.

– По-моему, не совсем она лиса, - буркнул Гудель.

– Пофигу, - отмахнулся Пафнутий, - Главное, по сути.

О как, подумала Кселиса, и сшуршала себе в каюту, натурально вздремнуть. Правда, прежде чем обернуться хвостом на койке, она переписала в блокнот основные числа, имевшиеся в задании - координаты, время, коды опознавания. Скопировать минута времени, а если потерять эти данные - задание нельзя будет выполнить. Каюта, кстати сказать, громко сказано - так, закуток за достаточно толстой дверью, чтобы глушить звуки и не мешать дрыхнуть. Впрочем, вполне хватает, чтобы уместить ещё и столик с лампой, как раз для работы с бумагами.

К двум часам ночи ответственные морды подписали бумаги о том, что груз - да, и морячки притянули винтами грузовые люки. Это тоже та ещё канитель, потому как надо вращать здоровенные колёса, прикладывая неслабые усилия - в этом плане более всего подходил медведь, как ни парадоксально. Если остальные крутили колёса по трое, то косолапый с философичной мордой делал это один, причём справлялся быстрее. Как известно, люки всё равно не будут полностью герметичны при погружении, однако вода, которая фильтруется через прокладки, попадает в специальный сток и оттуда - в осушительную камеру, где насос выталкивает её обратно за борт. Практически, лодка была подготовлена к выходу в море, и Кселиса последний раз прошлась по верхней части корабля, позырить. На тёмной воде мерцали световые дорожки от огней порта, но сразу ощущалось, что сейчас не то время, когда приморский город ковырялся в своё удовольствие, неспеша и с расстановкой. Сейчас работали до усёру, как и вся страна - всё для фронта, всё для победы. Ещё понюхав носом ветер, лиса таки спустилась в рубку.