Мокрые волосы она высушила феном тут же; хотела было намазаться ночным кремом, но усталость брала свое. Впереди были выходные, аж целых два дня, которые даровало сегодня «доброе» начальство измученным в конец операм, если ничего странного не случиться.

На кухне запищала посудомойка, закончив мыть всю посуду.

***

Она вошла в их с Гарри спальню, и увидела, что мужчина спокойно спит на животе, на своей половине постели. Кондиционер в углу едва уловимо, но приятно, гонял прохладный воздух по комнате. Июль выдался в этом году в московской области очень жарким, так то и по ночам не было спасения от жара, если только поблизости не находились вентиляторы или кондиционеры.

Аккуратно сложенная, шелковая ночная сорочка еще более приятно охладила тело; Рогозина, чуть отодвинув край одеяла — чтобы не потревожить супруга, юркнула к нему.

Гарри моментально зашевелился, чувствуя чужое присутствие.

— Гарри, это я, — прошептала она, — спи…

Мужчина что-то неразборчиво пробормотал, чуть улыбнулся, не открывая глаз, и снова затих. Женщина приникла к нему, и закрыла глаза.

Все в доме погрузилось в сон.

***

По-видимому, Гарри встал раньше ее. Открыв глаза, она не обнаружила его рядом. Мужчина был на кухне — до нее донеслось звяканье столовых прибора, и вкусный запах свеже сваренного кофе. Она потянулась в кровати и села.

Звяканье посуды стало слышнее; и тут женщина улыбнулась, увидя, как Гарри бочком протискивалась сквозь дверь, внося поднос с завтраком. Очевидно, хотел устроить ей сюрприз — завтрак в постель.

— Гарри! Ну не надо так было! Тебе же тяжелое нельзя таскать! Руки! — сказала она, а Гарри только улыбнулся:

— С добрым утром, дорогая. И поднос, кстати, совсем не тяжелый…

— Спасибо, — сказала она, когда поднос опустился к ней на колени, — очень-очень приятно… Сам-то ел?

Гарри забавно отрицательно повращал головой.

— Нет, значит… Присоединяйся, тут на обоих точно хватит. Я столько не съем.

***

— Мы с тобой в этом доме сегодня только вдвоем до самого вечера… — лукаво мерцая глазами, сообщил муж.

— А… Квай?

— Галь, ты что, совсем забыла? — немного удивился Гарри. — Он с твоим отцом, поехал ему «Город» показывать, а затем у него языковые курсы до самого вечера…

— Н-да, я заработалась совсем, извини…

Она с удовольствием поцеловала его в губы. Гарри ответил ей на ее поцелуй.

— Вкусно ты кофе пахнешь, — проговорил он, на миг отлипая от ее губ. — И… лавандой…

— Подожди, — прошептала она, предупреждая, — поднос…

Поднос был кое-как установлен на журнальном столике, а двое с жадностью начали ласкать и целовать друг друга…

***

— Черт, похоже, постель придется всю стирать и перестилать, — женщина поморщилась, вставая, — из-за приема этих гормональных препаратов я, прости за грубое слово… слишком… мокрая… ну, ты понимаешь…

— Да, постель хоть выжимай… — заметил Гарри. — Как там, у тебя… на работе… «слишком много биологических жидкостей»?

— Иди ты! — шутливо швырнула она подушку, пытаясь привести себя в относительный порядок; Гарри рассмеялся, — я в душ…

— Стоп! Я сейчас белье сниму… Не ходи туда без меня!

Оба синхронно рассмеялись.

Галина, запахивая халатик, уселась на стул. Они решили с Гарри все-таки попробовать завести ребенка, и он свел ее с классным врачом-гинекологом. Та, после того, как женщина и мужчина сдали всевозможные анализы и прошли осмотры, вынесла вердикт, что беременность в ее возрасте еще вполне возможна, но надо и усилить (чтобы забеременеть «естественным» путем) и одновременно подготовить к этому весь организм. Теперь она трижды в день пила специальные витамины; а лекарства — два раза в день, утром и вечером. Результаты пошли почти что сразу — секс с супругом стал ярче, продолжительнее, ногти и волосы стали крепче, а кожа — более восприимчивой к раздражителям. Изменилось и питание — теперь никаких голодовок на работе, и тем более всенародно любимых бутербродов, чипсов, сухариков и прочего, неполезного… Но пока не получалось…

— Продолжим в душе? — игриво поинтересовался мужчина.

— Ай! Гарри! Немедленно опусти меня на землю! — Рогозина взвизгнула: Гарри взвалил ее на свои руки. Да и боязно было — у него все-таки руки не такие сильные и крепкие. — Если не опустишь, то вообще не продолжим!..

***

— Кайф… Я даже не верю, что у меня так все хорошо… — женщина откинулась к нему на плечо. Гарри принес ей шампанское, а сам пил минералку со льдом. Пушистая и душистая пена плавала в воде как бы островками, иногда оседая на обнаженных телах обоих.

— Я тоже, — мужчина отпил воду из своего бокала. — Мне кажется, что вся моя жизнь только-только началась сейчас… Даже чуть страшно… — признался он.

— Тебе должно было когда-нибудь повезти, — женщина взглянула на него снизу вверх, а он поцеловал ее в лоб.

— Наверное… Ко мне очень сложных детей привезли… — он устремил взгляд на стену в плитке, — у половины судимости, а пару детей насиловали собственные отцы-отчимы… И еще есть девочка с синдромом Дауна… Причем очень запущенная, изъяли из семьи алкоголиков… Меня очень пугает, что преступность стремительно молодеет… Плохая динамика…