Когда толмач перевел Гите сказанное, девушка задержала на Олеге свой взгляд, внимательный и задумчивый.

–  Я верю, что когда-нибудь смогу навестить мою милую Англию, тогда я возьму тебя с собой, добрый витязь, - ответила Гита Олегу.
– Я уверена, моя родина тебе понравится. За нее действительно не жаль отдать и саму жизнь.

Затем начался пир.

«Она далеко не глупа и не наивна, эта бледная девочка с очень серьезными глазами, - думал Олег, сидя за пиршественным столом между Глебом и Давыдом.
– Видит Бог, Гита станет Владимиру не только хорошей женой, но и мудрой советчицей».

Спустя несколько дней Глеб с дружиной и вся толпа англо-саксов собрались в дорогу к стольному Киев-граду.

Перед самым отплытием русских ладей во время прощания на берегу Волхова Гита сама подошла к Олегу и через толмача спросила его, приедет ли он к ней на свадьбу.

Олег растерялся, ибо не мог без отцова повеления оставить надолго Ростов.

Его выручил Глеб, который незаметно подтолкнул брата локтем и прошептал:

–  Не обижай отказом дочь короля. А я замолвлю за тебя слово перед батюшкой.

–  Я с великой радостью приеду к тебе на свадьбу, прекрасная дочь Гарольда, - произнес Олег, прижав руку к груди.
– Это большая честь для меня.

Гита с самым серьезным видом выслушала перевод толмача, в следующий миг ее нежное, чуть удлиненное лицо озарилось приветливой улыбкой.

–  Вот и замечательно!
– воскликнул вездесущий Вастибальд.
– В знак нашей вечной дружбы и родства мы смешаем на этой свадьбе ваш хмельной мед и наш пенный эль. Думаю, получится забористая штука!

Вастибальд расхохотался и похлопал Олега по плечу, не в силах скрыть своей симпатии к нему.

* * *

Женитьбой Владимира на дочери английского короля Святослав хотел увенчать все свои успехи, каких он достиг, находясь на киевском столе. Это через Святослава шли переговоры с Елизаветой и ее супругом, датским королем Свеном, сватавшим Гиту за русского князя. Сначала Елизавета просила у Святослава Олега в мужья Гите, узнав, что он недавно овдовел. Однако этому воспротивилась Ода, заявив, что Олег достоин дочери более могущественного правителя. Святослав и сам не горел желанием принимать в свою семью принцессу из невесть какого королевского рода, к тому же лишившегося у себя на родине владений и власти. Поэтому он предложил в мужья Гите старшего из сыновей Всеволода - Владимира. Всеволод не стал возражать, поскольку издавна питал симпатии к англо-саксам: даже самостоятельно изучил английский язык еще задолго до гибели короля Гарольда.

Венчал новобрачных сам митрополит, недавно вернувшийся в Киев из Царьграда.

Ни патриарх, ни император не одобрили ссору Георгия с великим киевским князем, поскольку оба взирали на православную Русь как на свой последний оплот в той нелегкой борьбе, которую вела Византия с сельджуками на востоке и с нормандцами на западе. Император ромеев Михаил Дука [138] до такой степени неуверенно чувствовал себя на троне, что взывал к Святославу о помощи. Император был готов предоставить русским воинам все крепости в Болгарии и на границе с венграми, лишь бы удержать владения Империи по Дунаю.

Святослав хоть и заверил посланцев императора, что готов послать войско в Болгарию, но не сказал, когда именно собирается это сделать. Сначала ему нужно было поддержать своего зятя Болеслава в войне с чешским королем Братиславой. Болеслав только на таких условиях обещал Святославу не помогать Изяславу отвоевывать киевский стол. По слухам, он держит свое слово: поляки уже выпроводили Изяслава из своей страны и тот обосновался покуда в Майнце у германского короля.

«Вот разобьем с Болеславом Братислава, а мы его непременно разобьем, тогда можно будет и в византийские дела вмешаться, - размышлял Святослав, сидя за свадебным столом и глядя на веселье вокруг.
– Только я не стану выручать Михаила, но отниму у него земли в Тавриде и по Дунаю. Довольно ромеям оттеснять Русь от теплого моря!»

Даже самому себе не решался признаться Святослав, что хочет он повторить походы своего знаменитого прадеда Святослава Игоревича по южным и западным землям: закрепить за Русью земли по Кубани, нижнему Дону и устью Дуная. Не на несколько лет закрепить, а навечно!

По окончании свадебного торжества Владимир с юной женой вернулся к себе во Владимир-Волынский. Всеволод Ярославич уехал в Чернигов. Глеб и Янка отбыли в Переяславль.

Олег ненадолго задержался в Киеве.

В одной из бесед Святослав сказал сыну:

–  На будущий год готовь дружину к дальнему походу. В Богемию пойдем.

–  Помогать Болеславу против чехов?
– догадался Олег. Святослав с улыбкой кивнул.

–  Не увязнем ли мы в этой войне, ведь чехи - враг упорный, - высказал опасение Олег.
– И не будет ли это на руку Изяславу. Что, ежели король германский даст ему войско и Изяслав с этим войском на Руси объявится?

–  Все что может дать Изяславу король германский, так это свои последние порты и сапоги в придачу, - насмешливо сказал Святослав.
– Генрих сам тесним со всех сторон своими непокорными вассалами, до Изяслава ли ему!