Клэр осмотрела комнату. Прямо на столе Тони была открытая посылка. Она хотела выяснить, что же в посылке, и, самое важное, была ли она адресована ей. Глаза Тони теперь были полностью сосредоточены на ней, и вскоре все повернулись в её сторону.

– Вы все очень громкие. Это касается меня? – спросила Клэр.

– Клэр, пожалуйста, ни о чём не беспокойся. Я обо всём позабочусь.

Голос Тони напрягся в попытке выправить тон с того, какой он использовал для всех остальных.

Она сделала шаг в его сторону. Его глаза перешли на Кэтрин.

– Кэтрин, не могли вы помочь мисс Клэр, ей необходимо ваше содействие.

Клэр остановилась. Да, другие были в комнате, но, если это касалось её и ребёнка, она имела право знать.

– Клэй, проникновение каких других посылок вы предотвратили?

– Мэм, ничего, что могло бы касаться вас.

– Я вам не верю.

Кэтрин приблизилась к Клэр с протянутой открытой рукой:

– Клэр, давайте я приготовлю вам что-нибудь попить. На улице очень жарко.

Клэр слышала голос Кэтрин ещё в коридоре; он тоже был громким. Что-то происходило.

– Я не уйду.

– Клэр.

Категоричность в голосе Тони, то, как он произносил её имя, один слог легко мог быть интерпретирован: «Ты не вовремя, Клэр. У меня всё под контролем. Уходи сейчас же».

Клэр бросила в Кэтрин взглядом, говорящим: «Не трогай меня», и прошла к другой стороне стола. У неё не было намерений устраивать сцену перед остальными, но и уходить без ответов она не собиралась. Стоя рядом с Тони, она обратилась к остальным:

– Кэтрин, Эрик и Клэй, не могли бы вы извинить нас на минутку, но мистеру Роулингсу и мне необходимо обсудить кое-что с глазу на глаз. Я полагаю, он ещё не закончил с вами, поэтому, пожалуйста, не расходитесь далеко. Это не займёт много времени.

Каждый в комнате повернулся к Тони. Напряжение было осязаемым. В конце концов, Тони сжал зубы и объявил:

– Оставайтесь поблизости. Я ещё не закончил. Клэй сделай несколько звонков. После того, как мисс Клэр и я закончим, мне нужны ответы.

Каждый поспешил из кабинета Тони, в то время как Клэр повернулась в сторону бывшего мужа. Она видела интенсивность его взгляда до этого. Однако , знала, что тьма была направлена на кого-то ещё. Она хотела знать, на кого.

– Что происходит?

– Как ты услышала? Ты была у бассейна.

– А как я могла не услышать? Каждый в радиусе трёх миль мог тебя слышать. Скажи мне, что такого важного произошло, что привело тебя домой с работы так рано? Чем быстрее я узнаю, тем быстрее ты сможешь продолжить своё совещание.

– Чёрт, Клэр. Я не хочу, чтобы ты беспокоилась.
– Он прошёл к окну и обратно.
– Кроме того, кто в своём уме вошёл бы сюда, пока я балансирую на грани здравомыслия? Ты заметила, как быстро они все вышли?

Клэр улыбнулась и положила руки на лацканы его тёмного костюма.

– Никто. Просто спроси мою семью, я определённо не в своём уме. И если я не ошибаюсь, единственная вещь, которая может довести тебя до такого состояния – это что-то связанное со мной.

Она повернулась и взяла в руки посылку. Та была адресована Клэр Николс Роулз с адресом поместья на ней.

– То есть, я теперь больше не открываю свою почту?

– Серьёзно, какой-то засранец нашёл тебя здесь, знает наш адрес, а ты хочешь пожаловаться на то, что вскрыли твою почту?

Она повернулась и посмотрела ему в лицо. С прямой спиной и вздёрнутым подбородком, она постаралась, чтобы её голос звучал спокойно:

– Нет, это пугает меня до чёртиков, но любой мог выяснить данный адрес; он есть в архиве в публичном доступе. Глупая пресса рассказала всем, кто хотел послушать, что я живу здесь.

Она подняла коробку.

– Что в ней? И сколько посылок или писем пришло, о которых я даже не узнала?

– Это была серебряная детская погремушка, с гравировкой.

– Где она?

– Клэй упаковал её в пакет. Он передал её, чтобы сняли отпечатки пальцев. Надеюсь, засранец до неё дотрагивался.

– Гравировка… Что на ней написано?

Он сжал её плечи и притянул ближе:

– Клэр, позволь мне позаботиться об этом. Покажи мне, что у тебя есть вера в меня.

Её лицо поднялось вверх:

– Меня бы здесь не было, если бы я не верила.
– Она поцеловала его, - Что на ней было написано?

– Ребёнок Николс – Роулз.

– Звучит не так уж плохо, с точки зрения того, как она адресована. Почему ты не хотел, чтобы я знала об этом?

Он направил её к его большому кожаному креслу. Она послушно согнула колени, устраиваясь в кресле, и он произнёс: