— Это меня не волнует. Дальше…

— Дальше мы с Виславом сошли с корабля и отправились в город. У нас не было ни гроша за душой и очень хотелось есть. Вислав собрался… заработать немного денег нам на обед.

— Заработать, значит, украсть? — Каста криво улыбнулась. — Ну-ну!

— Короче, Вислав сумел заработать кое-что, — Леодан покраснел. — Мы купили себе новую одежду, — эту прекрасную тунику, которая сейчас на мне, и эти сандалии, и еще куртку, штаны и сапоги для Вислава, — и зашли в кабачок «Пьяный капитан», где в это время была госпожа.

— То есть, вы таскались за мной по городу.

— Вислав сказал, что мы не должны оставлять тебя одну.

— Очень любезно с его стороны. Дальше!

— Госпожа пила вино.

— А потом?

— А потом ты сильно опьянела. И мы принесли госпожу сюда, в эту гостиницу и уложили спать.

— Помоги мне встать.

Нет, так напиваться нельзя. Ноги у нее трясутся, будто у новорожденного ягненка, а голова кружится так сильно, словно ее огрели двадцатифунтовой дубиной. И, кажется, она сейчас начнет блевать…

— Ну вот, госпожа! — с укоризной сказал Леодан, глядя на лужу блевотины у своих ног. — Пять кувшинов вина двенадцатилетней выдержки…

Каста тем временем доковыляла до засиженного мухами медного зеркала в деревянной раме. Лицо, глянувшее на нее из зеркала, заставило девушку испытать новый приступ тошноты.

— Грязная свинья! — сказала она самой себе.

— Госпожа? — Леодан подобострастно заглянул ей в глаза.

— Скажи мне, я тебе сейчас нравлюсь?

— Госпожа всегда прекрасна.

— Проклятый лжец! Убить тебя мало…

— Просто у госпожи была скверная ночь. Госпожа очень плохо спала и…

— Перестань, во имя Гавана, называть меня «госпожа». У меня имя есть. И вообще, какого черта ты здесь делаешь? Я не помню, что брала тебя в услужение.

— Меня попросил Вислав… — Леодан виновато улыбнулся.

— Ах, это Вислав тебя попросил. Какой заботливый, мать его перетак! Надеюсь, он не попросил тебя трахнуть меня, пока я спала. Впрочем, такой как ты, не в состоянии сделать даже это.

— Ты недовольна мной?

— Сейчас я ненавижу весь белый свет. Мне плохо, меня тошнит, и от меня воняет, как от кучи говна, — Каста с отвращением посмотрела на свою тунику, покрытую пятнами от вина и рвоты. — Где мой фолшен?

— Го… ты оставила его вчера в кабаке.

— Оставила? И вы его не забрали?

— Мы не могли. Ты продала его хозяину, чтобы купить вина. За три арджена. Если я правильно разбираюсь в местных деньгах, три арджена составляют примерно половину саккара.

— Я продала свой фолшен за полсаккара? Только не говори мне, что на радостях от такой удачной сделки я станцевала для посетителей этого кабака голой на столе.

— Этого не было. Но ты несколько раз чуть не устроила драку с тамошними посетителями. Хорошо, что Вислав…

— Заладил — Вислав, Вислав! Боги, как мне плохо… Пойди, раздобудь мне горячей воды и какую-нибудь чистую одежду. И стакан вина или лимонного сока. Это ты сможешь сделать?

— Конечно, го… Каста. Я сейчас!

Каста проводила парня тяжелым взглядом, схватила кувшин со стола и пила до тех пор, пока кувшин не опустел. А потом внезапно вернулся Леодан и сообщил, что к ней пришли.

Незнакомец был невысок ростом, молод, светловолос, хорошо одет и обладал очень правильным, живым и выразительным лицом. На плече гостя сидела маленькая очаровательная обезьянка, издававшая время от времени мелодичный писк. Не дожидаясь приглашения, гость сел за стол и знаком предложил Касте сесть напротив.

— Я узнал, что в наш город прибыла знаменитая Каста, героиня дарнатского цирка, — начал незнакомец, — и немедленно захотел встретиться с тобой. Нам нужно поговорить.

— Сейчас я не в форме, — ответила Каста, которой не понравился властный тон гостя. — Мне нужно отдохнуть и привести себя в порядок.

— Понимаю, похмелье, — улыбнулся гость, — странно только, что ты терпишь все эти мучения. Ведь у тебя есть камень Айвари.

— Что? — Каста вскочила, вперилась взглядом в незнакомца. — Откуда ты знаешь про камень?

— Сначала полечи себя, а потом я все расскажу.

Каста втихомолку обозвала себя дурой. В самом деле, она забыла про этот камень. И слава Берис, что забыла, а то пропила бы его вместе с фолшеном…