— Но ведь Великая Мать завещает нам быть стойкими и не позволять чувствам брать верх над разумом и долгом перед ней, — возмущенно воскликнула черная королева.

— Вот именно, быть стойкими, а не глухими. В этом и заключена разница между ее заветами и нашим поведением, — грустно усмехнулась в ответ Верховная. — Чтобы понять это, мне потребовалось почти десять лет. Я долго думала, сравнивая нашу жизнь и смысл ее заветов. Можете казнить меня прямо сейчас, но я говорю то, что открылось мне во время церемонии служения Матери.

— Мы еще не сошли с ума, чтобы придать казни Верховную жрицу Великой Матери, — проворчала черная королева, покосившись на свою сестру. — Мы с сестрой в очередной раз убедились, что ты здорова и твой разум все так же остер, как и раньше. А это значит, что ты все еще Верховная жрица. Уединись. Обдумай свои откровения, а потом объясни их нам. Мы примем тебя вне совета и попробуем понять, что делать дальше. Ведь весь этот разговор ты затеяла не просто так. Можешь присылать свою черную рабыню в любое время. Как только будешь готова к этому разговору. Главное, чтобы мы смогли понять твои объяснения. Постарайся рассказать все так, как если бы ты говорила с неразумной девчонкой, а не с королевами.

Ее сестра согласно кивнула, и королевы, медленно, с достоинством поднявшись, покинули зал совета. Их охранницы скрылись следом за королевами. В зале осталась только Верховная. Задумчиво посмотрев им вслед, старуха бесшумно пожевала сухими, бескровными губами и, тяжело вздохнув, тихо произнесла:

— Не получится. Как вам ни объясняй, все равно не поймете. Глупые, упрямые, а самое страшное, глухие. Боюсь, наше королевство стоит на краю собственной гибели.

Тяжело поднявшись, она медленно побрела в свою келью. Ждавшие ее у входа в зал совета рабыни набросили на худые плечи Верховной ее знаменитую накидку из волчьей шкуры и, подхватив под локоть, медленно пошли рядом. Тяжело переставляя подагрические ноги, Верховная дошла до дверей своей кельи и, повернувшись, приказала:

— Принесите мой шар и приготовьте все для медитации. Лата, налей в серебряный кувшин вина и поставь его к огню. Созерцание отнимает много сил. Пусть вино будет теплым. И самое главное, чтобы меня никто не беспокоил, иначе шкуры спущу. Заживо, — сурово пригрозила она, и рабыни бросились исполнять приказания.

Они давно уже привыкли к угрозам Верховной, но не боялись их. За все время их рабства у старухи ни одна угроза не была приведена в исполнение. Больше того, Верховная заботилась о девушках так, словно они были ее дальними родственницами, рыча только для вида. Но приказы Верховной исполнялись моментально.

Тяжело опустившись в старое резное кресло, старуха устало посмотрела в разожженный очаг и, дождавшись, когда рабыни подали все необходимое, снова напомнила им, что без вызова ее беспокоить нельзя. Установив хрустальный шар на серебряной подставке, чернокожая Лата передвинула его так, чтобы старуха могла смотреть в него, не поворачивая головы, и, низко поклонившись, скрылась за дверью.

В очередной раз вздохнув, Верховная откинулась на спинку кресла и принялась тихо читать заклинание. Прозрачный до этого момента шар внезапно помутнел. В его глубине заклубились волны серого тумана, постепенно заполняя все внутреннее пространство. Верховная довела заклинание до конца и впала в транс.

Теперь она не видела ничего, кроме этого кусочка тумана в хрустальной сфере. Сосредоточившись, Верховная вызвала в памяти образ своей ученицы, и туман начал рассеиваться. В сфере начали мелькать различные картинки. Верховная всмотрелась и поняла, что перед ней вид на город, как если бы она смотрела на него сидя на спине огромного орла.

Краешком сознания фиксируя свое местоположение, она принялась опускать этот колдовской взгляд вниз. В город. Мимо промелькнули дворцы и богатые дома. Купеческие лавки и дома мастеровых уходили все дальше, в грязное переплетение убогих лачуг. Наконец достигнув старого, немного покосившегося здания убогой харчевни, взгляд замер.

Верховная поняла, что ее воспитанница находится в этом здании. Глубоко вздохнув, она громко мысленно позвала:

— Лин! Лин, отзовись, девочка!

Спустя несколько минут пришел тихий, ментальный ответ. Девушка спала, но ее сознание отозвалось на зов старой жрицы. Эту связь между Верховной и ее подопечной можно было разрушить только одним способом. Убив одну из них.

Уловив ответ девушки, Верховная направила свой взгляд на ее ответ. Проникнув в небольшую комнату, он моментально уперся в спящее тело огромного мужчины. Тело было настолько большим, что взгляд Верховной вначале даже не заметил спящую рядом с ним девушку. Крошечная амазонка почти исчезла в его объятиях.

— Кто это? — растерянно спросила Верховная.

— Мой воин, — решительно ответила Лин.

— Как тебя понять, девочка? Ты решила купить себе телохранителя? — не поняла старуха.

— Нет, Верховная. Этого воина невозможно купить. Он спас маленькую девочку, разогнав целую банду голыми руками. С тех пор мы вместе. Он приехал в этот город, чтобы отомстить, и ничем не угрожает нашему королевству. Здесь вообще никто не вспоминает про нас, — быстро рассказала Лин, пытаясь сменить тему.