Институт океанографии расположился всего в нескольких сотнях ярдов дальше по берегу, в южном конце острова. Его выстроили на каменистых уступах застывшей лавы. Выглядело здание очень внушительно. И хотя его отстроили совсем недавно, выглядело оно так, словно простояло здесь несколько столетий. Недаром его строили по сохранившимся чертежам старинного особняка, стоящего в Сан-Хуане.

Все детали, присущие испанскому колониальному стилю, были сохранены мягкий, словно подернутый временем, розовый оттенок оштукатуренных стен, арки на первом этаже, кованая ограда балконов и деревянные водостоки. С трех сторон его окружала балюстрада, вымощенная известняком.

— Все закончено, не хватает только экспонатов, — похвалился Курт.

— Так почему бы нам не взглянуть, как выглядит помещение внутри? — предложила Дороти-Энн.

Курт провел посетителей по террасе, потом под арками, и широко распахнул дверь:

— Я думаю, вы будете довольны, — он взглянул на Дороти-Энн.

Та молча кивнула и вошла внутрь, оглядывая вестибюль с высоким потолком. Прямо перед ней широкая лестница из известняка вела на второй этаж. С двух сторон от нее расположились двери. На левой красовалась табличка «Вход», на правой — «Выход».

Курт стремительно направился к левой двери, они последовали за ним и оказались в длинном темном коридоре без окон. Экерман зажег свет.

Вспыхнули зеленоватые огни, освещая огромные пока еще пустые аквариумы, занимающие обе стены.

— Эти емкости приготовлены для тех видов морской фауны, которым грозит уничтожение, — начал объяснения Курт. — Мы собираемся разводить их и выпускать на волю потомство. Во всяком случае, таков замысел.

— Я слышу в вашем голосе скептические нотки, — заметил Хант.

— Это потому, что трудно предсказать, как животные поведут себя в неволе. Одни приспосабливаются лучше, другие хуже. Во всяком случае, мы обязаны попытаться. Пока еще не слишком поздно.

Затем он провел их вверх по лестнице в зал с вмонтированными в стену телевизорами. Рядом на крючках висели наушники.

— Используя мультипликацию, мы собираемся показать, к чему ведет потепление климата на планете, — продолжал рассказывать Экерман. — Люди увидят, сколько земли окажется под водой при условии увеличения температуры на один только градус. Одна независимая студия будет делать для нас видеофильмы.

Он пригласил их в следующий, более обширный зал.

— Здесь экспонаты будут рассказывать публике о последствиях загрязнения окружающей среды, о вреде промысла сетями и избыточной ловли рыбы. Мы постараемся показать людям, как они сами могут помочь. Например, можно разрезать пластиковые сети, чтобы рыба в них не попадала.

Наконец Курт провел их вниз, в подвал, напоминающий пещеру и расположенный на уровне моря. Под металлическим полом плескалась вода.

Курт рассказывал:

— Естественная подводная пещера выходит отсюда непосредственно в лагуну. А вот и наши милые крошки. — Он указал на пару маленьких, предназначенных для двоих, красных подводных лодок с выпуклыми плексигласовыми крышами. На борту одной красовалась надпись «Нептун I», а вторая называлась «Нептун II».

Хант в восхищении рассматривал их. На каждой подводной лодке сбоку были прикреплены баллоны с кислородом.

— Я полагаю, что эти минисубмарины не предназначены для гостей? — предположил Уинслоу.

— Совершенно верно. Они стоят дорого, никакими ценами за билеты этого не окупишь. «Нептуны» предназначены для поддержания чистоты дна в лагуне. Эти наутилусы снабжены электрическим мотором, поэтому ни о каком загрязнении речь не идет.

— А вот эти щупальца впереди? Вон те, с гаечными ключами на концах? Это механические руки?

— И вы опять угадали. Ими можно управлять изнутри корабля.

Они поднялись вверх по лестнице и вышли на улицу. После темноты подвала, солнечный свет резал глаза.

— А теперь, — заговорщически объявил Курт, — наше главное блюдо. Лагуна Хищников.

Хант покосился на него:

— Звучит страшновато.

— Правда, Курт, — вступила Дороти-Энн, прикрывавшая рукой глаза от солнца. — Может быть, нам лучше подождать, пока все не будет закончено? Хант не сможет представить себе, как это будет выглядеть в завершенном виде. Зачем ему просто ходить по берегу?

Экерман улыбнулся.

— А кто говорит о прогулке по берегу?

Рука Дороти-Энн упала. Она во все глаза смотрела на изобретателя.

— Вы же не хотите сказать…

— Ага. Именно хочу. Я проверил, пока вы сидели за ленчем. Трубу закончили как раз сегодня утром.

— И вы мне ничего не сказали! — укорила его Дороти-Энн.

— Если бы я сказал, вы бы захотели немедленно туда отправиться.

— И что же в этом плохого, могу я узнать?

— Ничего. Только любой шоумен знает, что лучшее следует приберечь напоследок.