— Вам лучше знать заранее, что пока я как ребенок в лесу. Что касается Иден Айл, то я почти ничего не знаю.

Это было не совсем правдой, но и не законченной ложью. Дороти-Энн докладывали о каждом шаге вперед, пока Иден Айл превращался из необитаемого острова в строительную площадку. Но ей необходимо было взглянуть на проект глазами Курта. Познакомиться именно с его видением.

— Вам следует помнить, — сказал Экерман, — что Иден Айл задумывался как вершина в индустрии отдыха. Он должен стать курортом на полном самообеспечении. Любой человек может захотеть все, что угодно, и здесь он должен это получить. Отели на любой кошелек. Магазины. Парк развлечений. Самый большой в мире естественный аквариум.

Дороти-Энн согласно кивнула. Она все это знала, но Хант не знал. Поэтому она позволила Курту продолжать.

— Практически все, что мы делаем здесь, никто раньше никогда не делал, — рассказывал Экерман. — Во всяком случае, не с таким размахом. И разумеется не на необитаемом острове. Этот фактор работает и на нас, и против нас.

По его голосу чувствовалось, что Курт на самом деле очень гордится этим проектом, и Дороти-Энн не смогла снова не вспомнить о Фредди. Понятно, почему они с Куртом так замечательно поладили.

— Самое большое наше преимущество, — продолжал между тем Курт, — в том, что нам не пришлось столкнуться с проблемами, возникающими, как правило, в случае строительства курортов на побережье. К примеру, загрязнение окружающей среды. Мы давим его в зародыше, прежде чем оно начнется. То же самое и с преступностью. Так как здесь нет местного населения, следовательно, не существует и уровня преступности. — Экерман улыбнулся и подался вперед. — Вы только подумайте! Где еще человек может гулять по пляжу в четыре часа утра и не бояться, что его ограбят? Разумеется, мы хотим, чтобы все так и оставалось, поэтому мы формируем собственную полицию.

Энтузиазм Курта оказался заразительным, и Дороти-Энн вдруг поняла, что ее тоже охватило возбуждение. Она взглянула на Ханта. Он с неподдельным интересом следил за каждым страстным словом рассказчика.

— Разумеется, на каждый плюс приходится свой минус, — продолжал Курт. — Мы встретили бесконечное множество проблем. Когда находишься на острове, сложным становится любой пустяк.

Дороти-Энн кивнула. Она отлично представляла ситуацию. Вот почему строительство на Иден Айл все время отстает от графика. И почему расходы стремительно возрастают.

— Таким образом, прежде чем приступить к строительству, нам пришлось создать всю инфраструктуру на месте, — объяснял Курт. — Сразу становится понятным, во что мы ввязались, так как речь идет о возведении города на шесть тысяч жителей.

Уинслоу негромко присвистнул.

— Вы собираетесь принимать шесть тысяч гостей?

Курт отрицательно мотнул головой.

— Не только гостей, эта цифра включает в себя и обслуживающий персонал.

— Но разве такое множество людей не нанесет вреда экологии?

Экерман снова мотнул головой, отбрасывая это замечание прочь.

— Этого не случится. С самого начала мы решили сохранить рай на Райском острове, ведь так переводится его название.

— И как же вам это удалось? — Хант выглядел по-настоящему потрясенным.

Курт позволил себе скромно улыбнуться.

— Начиная с момента подготовки к строительству мы опирались на научно обоснованные заключения о максимальном количестве людей, которые могут находиться на острове одновременно.

— И все сошлись на шести тысячах?

— На самом деле, нет. Это мы опирались на эти цифры. — Курт посмотрел на Дороти-Энн. — Миссис Кентвелл настоящий эксперт, когда речь идет о строительстве отелей и курортов. Мне кажется, она лучше сможет об этом рассказать.

Дороти-Энн перевела взгляд на Ханта.

— Мы пригласили пять групп ученых. Все они работали независимо друг от друга. В их выводах фигурировали цифры от семи до девяти тысяч человек. Большее количество людей нанесет определенный вред окружающей среде… Возможно, непоправимый.

— Я понимаю, — кивнул Хант. — Поэтому вы решили остановиться на меньшей цифре.

— Совершенно верно. Лучше предупредить вред, чем потом об этом сожалеть. — Дороти-Энн улыбнулась. — Поэтому мы решили ограничить свой лимит шестью тысячами человек. Мы разбили их на четыре тысячи постояльцев и две тысячи обслуживающего персонала. Тысяча постоянного, тысяча временного.

— Все равно, это такая толпа:

— Да, это так, — согласилась миссис Кентвелл. — Разумеется, речь идет о максимальной загрузке. В гостиничном деле стопроцентная загрузка — дело практически неслыханное. Всегда существуют незанятые места. Мы строили свои расчеты на семидесяти пяти процентах загруженности в течение года.