Б о р и с. В общежитии сказали, что ты сбежал.

В а с и л и й. Да? Они наскажут!

Б о р и с. Значит, наврали?

В а с и л и й. Не наврали, но и правды не сказали. Ушел я. Временно. На другое место. Ничего, жить можно. Между прочим, это хорошо, что мы встретились. Ты вот что скажи: если предъявлю справочку, что меня отпустили с работы, примут у вас? Не сейчас, конечно, должно быть, летом.

Б о р и с. Думаю, примут. Ребята на днях о тебе говорили.

В а с и л и й. Небось ругали?

Б о р и с. Вспоминали. И вообще. Зашел бы. Поговорим.

В а с и л и й. Времени не хватает и все ж холодновато ехать из Копинска в автобусе.

Б о р и с. Говоришь — из Копинска? Ну и здоров же ты врать!..

В а с и л и й. А что я вру?

Б о р и с. Живешь-то не в Копинске, а в этом доме? Так?

В а с и л и й. А ты что, шпионишь за мной? Да?

Б о р и с. Только и заботы.

В а с и л и й. Все понятно. Значит, топаешь тут, меня выслеживаешь? Из тебя шпик неплохой бы получился. Ну-ну, давай процветай.

Б о р и с. Да на кой шут ты мне нужен! Враль! Хвастун! За углом у тех ворот Ольга.

В а с и л и й (оторопев). Брось, Борька.

На углу показывается О л я. Идет к ним.

Б о р и с (Оле). Вот тебе и пропавший — Василий Иванович.

В а с и л и й (бодрясь). Пожалуйста!

О л я (подбегает и радостно протягивает Василию озябшую без варежки руку). Здравствуй, Васька. О, ты такой роскошный — и не подступишься. Узнать трудно.

В а с и л и й. А чего нам, живем не горюем.

Б о р и с. Привет! Я пошел.

О л я. Куда?

Б о р и с. Домой.

О л я (нерешительно). Может, вместо, а?

Б о р и с. Да нет. У меня там… словом, времени нет…

В а с и л и й. Будь здоров, счастливого пути.

Борис уходит и садится на скамью за заснеженным кустом. Оля, разговаривая с Василием, не теряет из вида Бориса.

Значит, искали меня?

О л я. Искали.

В а с и л и й. А зачем я понадобился?

О л я. Просто повидать хотели. Стало быть, в Подгорске?

В а с и л и й. Пришлось.

О л я. Хотя бы знак какой подал.

В а с и л и й. Признаю. Собирался, не вышло.

О л я. А где устроился?

В а с и л и й. Да тут, понимаешь, есть одно предприятие… номерное. Просто говоря, почтовый ящик. Поняла?

О л я. Поняла.

В а с и л и й. Ну вот. Работенка… Рассказывать нельзя…

О л я. Если почтовый ящик, то все ясно. А разбогател откуда?

В а с и л и й. Такая работа. Словом, обеспечены. Правда, работа временная. Скоро срок выйдет, и я, как миленький, к вам.

О л я. Верно?!

В а с и л и й. Клянусь. Похоже — летом. Ребята примут?

О л я. Ну конечно.

В а с и л и й. А этот?

О л я. Ты на Бориса не нападай. Он очень хороший…

В а с и л и й. Даже зубами скрипит…

О л я. Просто тебе показалось. Живешь в этом доме?

В а с и л и й. Ага.

О л я. А квартира, номер?

В а с и л и й. Зачем тебе?

О л я. Ну, затем, чтобы знать.

В а с и л и й. Не могу. Словом — хозяева не велят. Вот такое дело.

О л я. У тебя как-то чудно получается — все тайна да тайна. Вась, не обидишься, я один вопрос задам?

В а с и л и й. Пожалуйста. Можно — так с удовольствием.

О л я. Ты торговал на толчке шапками?

В а с и л и й. Лучше ничего не придумала?

О л я. Я серьезно спрашиваю.

В а с и л и й. А я серьезно отвечаю.

О л я. Наташа видела.

В а с и л и й. Дура она и болтушка, эта самая твоя Наташа.

О л я. Она и проследила, где живешь.

В а с и л и й. Не узнает человек и понесет языком по ветру. Не люблю, когда суют нос не в свое дело.

О л я. Вообще-то это никого не касается. И ты меня извини.

В а с и л и й. Нет, ну, знаешь, Ольга… Конечно, если говорить… все возможно — Наташка и видела меня… Одним словом — было. Только надо разобраться, в чем дело, спекулянтом я стал или как?

О л я. Я ничего такого не говорю, просто спросила.

В а с и л и й. Тебе я все скажу. Живу, понимаешь ты, у хозяев, очень бедная семья — он инвалид, детишки полна квартира, в общем, шестеро. Хозяин настряпал шапок из старой шубы, а хозяйка — женщина, конечно… ей не очень-то… Ну… я, значит, и согласился, думаю, надо помочь людям. Страдают.