Завидев столб вырывавшегося из носика чайника пара, девочка сбегала в свою комнату, принесла свою кружку, которую из соображений санитарной гигиены хранила у себя, чтобы ею не воспользовались мамины "гости", и наполнила кипятком. Затем приставила к мойке табуретку и, взобравшись на нее, достала из настенного шкафчика залапанную чьими-то грязными пальцами сахарницу - некогда гордость и деталь вполне пристойного сервиза, который - нетрудно догадаться - давным-давно был выменян на "пузырек, расслабиться".

Сахара в ней - вот удивление!
– не оказалось. Даша соскребла ложкой намертво приставшие остатки песка с ее стенок. Вода в чашке почти не изменила своего вкуса, но... здесь скорее важен сам факт.

Прибрав все, как было, Дашенька подхватила "ужин" и вернулась в свою комнату. Уселась за стол, включила настольную лампу и стала жадно жевать кусочки сушеного яблока, осторожно прихлебывая еле-еле сладковатый кипяток. Руки у девочки и впрямь сильно тряслись; а сухофрукты совсем скоро кончились, что для голодного - очень голодного - человека было немалым огорчением.

Даша допила горячую воду и легла в постель, закутавшись в одеяло так, чтобы наружу выглядывал только нос. Не смотря на совсем еще теплую погоду, она мерзла и испытывала слабость.

Лишь бы уснуть... И еще один ужасный день закончится... Еще один безрадостный... Еще один скудный день... Еще один голодный... Хорошо уснуть и... не осознавать...

II

Утро пошло по накатанной: Даша встала в семь и, только умывшись, но не завтракая, надела школьную форму и сложила в портфель нужные учебники.

– Даша!
– скрипуче позвала Надежда из своей комнаты.

Девочка в нерешительности остановилась в прихожей: что делать? Общаться с мамой не хотелось, но проигнорировать и убежать, значит получить позже нагоняй - с памятью у Наденьки, когда она трезвая, беды нет.

– Дашка!
– гораздо недовольнее прозвучал хриплый повторный окрик.
– Иди сюда, сучка недоношенная!

Почувствовав, как руки-ноги сразу стали ватными, Даша двинулась-таки вглубь квартиры на материнский зов.

Даша с унынием задумалась - правда? Правда, недоношенная? Или это просто присущее Наде отсутствие контроля и "ответа за свой базар" подкидывает в ее речь обидные эпитеты?

Надежда лежала на разложенном диване без признаков постельного белья на нем. Сама она лежала на спине, свесив голову вниз и раскинув ноги в разные стороны.

Даша едва не закрыла нос от смеси ужасающих кисло-горьких, тошнотворных запахов. Смотреть на мать или предметы интерьера ее спальни тоже не было сил, и Даша старалась отводить взгляд на пейзаж за окном.

– На, - протянула Надя ей пару мятых десятирублевых купюр и добрую горсть монет.
– Сходи, купи чекушку. Только бегом. Плохо мне...

Даша взяла деньги и сразу отступила обратно за порог комнаты.

– Да поживее!
– приказала Надежда.
– Попробуй только не принести или набедокурить чего - башку оторву.

Даше, вообще-то, и в голову не пришло бы ослушаться, но Надя, видимо, считала своим родительским долгом пригрозить дочке - для чистоты исполнения поручения.

Дашенька застегнула ремешки босоножек и побежала вниз по лестнице.

Во дворе щебетали птицы, и солнце нежными утренними лучами ласкало полусонный пейзаж. Даша, прищурив один глаз, с удовольствием подняла лицо к небу: каким чудесным творением является природа! Даже когда тебе очень плохо, она имеет свойства отвлекать и успокаивать натянутые нервы. Да, мало кто из детей ее возраста способен оценить прелесть утреннего, еще незагазованного автомобилями, воздуха, спокойствие и умиротворение, какое способен дать один взгляд на светло-лиловые и позолоченные облака на бледной, почти белой, глубине неба.

"Это потому, что других радостей у меня нет", - подумала Даша.
– "Дома на меня все давит. А здесь, на улице, я почти что свободна".

Вдруг эту замечательную тишину прорезал громкий негодующий возглас:

– Лорд, стой! Кому говорю! Ко мне!

Даша вздрогнула от упоминания этой клички и мгновенно повернула голову в сторону голоса и... топота четырех лап. Но еще до поворота головы - буквально в полмгновения - поняла, что сейчас произойдет.

Не успела девочка и моргнуть, как на нее налетела тяжелая черная длинноногая туша. Вскрикнув, Даша упала на землю... но никакой боли от укуса острых клыков она не почувствовала - наоборот, громкий лай над ухом вдруг немного удалился, а мускулистые лапы перестали окружать ее тщедушную фигурку. Она опасливо открыла глаза и увидела... соседа, того самого, с лестничной площадки, дверь в дверь, который теперь держал собаку за ошейник, не пуская к ребенку. Подбежала хозяйка Лорда и быстро нацепила на ошейник поводок, с настороженно-извиняющимся лицом сказала что-то Даше и поволокла сопротивляющегося питомца к третьему подъезду.