Шевалье, стоявший рядом, одобрительно хмыкнул. Не заметив ничего подозрительного, поднялся и посмотрел на Орландо, который с улыбкой наблюдал за моими действиями.

– Я что-то сделал не так?

– Напротив, вы всё сделали правильно. Мне остаётся лишь выслушать ваши рассуждения.

– Если вы не будете строги к моим, возможно ошибочным, предположениям…

– Полноте, Жак! Ex ungue leonem!

– По когтю узнаешь льва? – задумчиво повторил я. – Пожалуй…

– Что же вам подсказывает сей неизвестный коготь?

– Орудием убийства мог быть охотничий кинжал.

– Каким же образом было совершено это убийство? – Де Брег улыбнулся, но заметил моё смущение и добавил: – Жак, я не собираюсь насмехаться над вашими возможными ошибками. Более того – вольны думать, сколько потребуется. Шериф, как видите, уже не спешит, а я и подавно.

Ободрённый этими словами, я сделал несколько шагов назад и представил – пусть это и покажется вам ужасным – как бы сам убивал де Камрона, окажись он на этом месте. Окно, расположенное на левой стороне комнаты, находилось в самом углу… Шериф упал на пол рядом с ним…

Подошёл чуть ближе, и в моём воображении возникла фигура вельможи, стоящего в полутора шагах от окна. Это значит, что убийца… Хм… Убийца находился по левую сторону. Задумавшись, я поднял руку, словно обозначая смертельный удар.

– Шевалье, готов рассказать, как это случилось.

– Извольте, – кивнул де Брег.

– Во-первых, удар был нанесён левой рукой.

– Argumentum ponderantur, non numerantur, – заметил де Брег.

– Орландо, вы правы! – с жаром, который удивил меня самого, сказал я. – Доказательства взвешивают, а не считают, но именно так и собирался поступить. Не вижу иной возможности нанести эту рану. Убийца… – я сделал небольшую паузу, – человек леворукий.

– Вот как? – Де Брег выглядел удивлённым. – Интересно! Почему вы так решили?

– Будь он праворуким, то ударил бы в спину. Это легче и незаметнее. Он же, – я взмахнул рукой, – ударил левой. Удар был сильным и сделан именно охотничьим кинжалом с весьма широким и острым лезвием. Это не дага! Клинок пробил тело, но убийца не просто ударил, он ещё и взрезал грудь своей жертве! Предполагаю, что правой рукой он мог удерживать шерифа за воротник или шею.

– За шею, говорите… – пробормотал де Брег и опустился рядом с телом. – Возможно, но следов нет. Продолжайте, я вас внимательно слушаю.

– Судите сами! – сказал я. – Удар и шаг за спину, дабы не испачкаться в крови! Затем последовал рывок, который и оставил широкую рану. Когда кинжал был вырван из тела, то убийце было достаточно подтолкнуть Филиппа, чтобы он упал на грудь.

– Вы прекрасно справились с этой загадкой, но у меня есть несколько вопросов. Почему вы решили что убийца левша?

– Потому что он заранее знал, что ударит левой рукой.

– Объясните, – прищурился де Брег.

– Кинжал висел на спине, за поясом. Скорее всего, у него была и дага, которой он вполне мог нанести удар в спину, но тем не менее выбрал удар в грудь!

– Почему именно на спине? Многие носят кинжал спереди.

– Убийца стоял рядом с жертвой. Как видите, шевалье, здесь иначе не встать. Держи он кинжал на животе, шериф заметил бы, как из ножен достают клинок. Он мог отшатнуться или повернуться, и тогда удар нанесли бы под другим углом.

– Жак, отчего так уверены, что это не дага?

– Кинжал удобнее. Короче и, как правило, более острый. Тем паче что клинок засадили почти по самую рукоять, а рана на спине очень маленькая.

– Почему убийца нанёс удар левой рукой? – повторил свой вопрос де Брег.

– Ему так привычнее.

– Хм… Возможно.

– Вы со мной не согласны?

– Не буду утверждать, что я полностью разделяю вашу точку зрения, но она достойна не только внимания, но и похвалы.

– Благодарю вас…

– Знаете, Жак, что самое трудное?

– Нет.

– Самое трудное – забыть всё, что вы сейчас сказали, и попытаться представить картину иным образом. Сиречь допустить, что всё было не так.

– Зачем? – растерялся я.

– Затем, мой юный друг, чтобы не позволять ошибкам возобладать над здравым смыслом. Это трудно, но я уверен – вы справитесь.

– Но…

– Этим займётесь позже, когда вернётесь домой. Идёмте, нужно побеседовать с Арьеном и выяснить, кто же приходил к шерифу сегодня утром, когда они ушли, а заодно расспросить о порядках в этом доме. Надо сказать, что тело можно убрать. Сомневаюсь, что найдём нечто новое на этой тушке.

Увы, наши надежды не оправдались. Арьен был, если можно так выразиться, выбит из седла и отвечал на вопросы крайне невнятно. Единственное, что нам удалось узнать, так это имена дворян, удостоенных аудиенции. Отчаявшись разговорить секретаря, шевалье де Брег вздохнул и покачал головой…