Что я увижу, выйдя за эту деревянную хлипкую дверку в конце пещеры?

Испытаю ли я на себе влияние того из-за чего этот мир стал таким, радиации?

Я ничего не знала о том, что меня ждёт. Мне было страшно. Мне казалось, что я выйду на каменные просторы, где ничего нет, кроме ужаса и злобы...

Но больше ждать нельзя. Я медленно пересекла пещеру, ухватилась за ручку ссохшейся двери и, взволнованно переведя дыхание, вышла под небо.

Глава 4. Столичная Пустошь

Воздух был слишком теплым и пыльным. Я вышла из пещеры через дверной проём с кривым навесом, доски которого ссохлись и посерели от времени, и солнечный свет ослепил меня в одно короткое мгновение. Зажмурившись, я резко закрыла лицо руками. Под веками запрыгали белые точки, сливаясь с красными кругами и рыжими дугами.

Всё было не так. Я ощущала, что дышала совсем другим воздухом. Грязным, пыльным, слишком непривычным для меня. Совсем не таким, как в Убежище. В горле заскрёбся зуд, и я закашлялась. Всё ещё не отрывая ладоней от лица, я отвернулась от солнца и склонилась к земле в приступе кашля. Когда кашель отступил, я нашла силы отвести руки от лица и посмотреть на мир, в котором я родилась, но который никогда не видела.

Я открыла рот от удивления и едва не вдохнула облако пыли, которое ветер порывом подхватил с высохшей каменистой земли.

Но это было всё не так важно, потому что... потому что я видела мир под небом.

Я стояла посреди серых груд острых камней, мятые бока скал спускались с холма в низину, к красно-коричневой земле с мелким гравием. Под этим холмом и было расположено Убежище 101.

Вокруг меня на резком ветру покачивались серо-зеленоватые кусты с высохшими, маленькими листиками.

Их тонкие больные корни уродливыми змейками тянулись к копне жёлтой высокой травы, мирно покачивающейся на ветру.

Я медленно прошла вперёд, едва держась на ногах. Передо мной расстилались целые поля. Нет, целые просторы земель, уходящие вдаль. Я видела огромные пространства земли, серо-коричневыми полотнами раскинувшиеся на необозримое мной расстояние. Но каково было небо, с которым сливалась земля где-то там, на горизонте. Оно было прекрасно! Пусть оно даже было таким желтым, болезненным. Но оно было прекрасно. Это было то, о чем я мечтала всю жизнь. Да, да... Вот об этом небе.

Все эти земли, на которые я смотрела, не были не пустынны, как мне раньше рисовало воображение, напротив. Недалеко от холма, где я находилась, я видела полностью разрушенные деревянные основы домов, где тонкие доски старого высохшего дерева почернели от пыли и копоти и теперь валялись на земле, открывая кривые дыры в некогда маленьких и очень аккуратных помещениях.

Огромные вывески крепились на черных металлических балках. Справа на фоне желтоватых облаков виднелась старая водонапорная башня. Она держалась на длинных металлических уродливых ножках, утопающих в завалах острых серых камней. Где-то вдалеке за этой башней виднелись старые линии электропередач, которые выглядели, словно конструктор из металла, обмотанный оборванными проводами-нитями, покачивающимися на ветру. Ряд этих ЛЭП неровным строем тянулся вдаль, и за ним...

За ним я видела дома, тысячи бетонных полуразрушенных домов. Они толпились на огромном куске земли, плотно жались друг к другу ветхими стенами и чернели на фоне желтого неба обкрошенными крышами и углами.

Вот это да! Там же целый огромный город с этими домами!

Представляю, сколько там водится разных тварей. Осознание этого на секунду привело меня в панический ужас. Но лишь на секунду, потому что восхищение от того, что я видела, было куда сильнее. И это не было удивительным. Ведь что ещё может чувствовать человек, проживший столько лет под землёй?

Я покачала головой, едва дыша. Так вот оно как, под небом...

Я подошла чуть ближе к спуску, ведущему между каменных возвышенностей вниз, к разбитой дороге, где пыльные куски асфальта плавились под беспощадным солнцем, всё больше врастая в землю.

Здесь под холмом когда-то было небольшое поселение. Я посмотрела на почерневшие деревья, которые словно кривые уродливые фигуры торчали из земли, затем прошлась вперёд и остановилась на каменном выступе холма.

Между разрушенными домами большого города я увидела возвышающуюся к самым небесам башню. Даже отсюда были видны огромные неровные дыры в её полуразрушенных стенах. За этой башней я увидела очертания высокого здания с куполообразной крышей. С такого расстояния складывалось ощущение, будто бы оно было нарисовано. Да мне и поверить было сложно в то, что оно может быть настоящим.

Я разглядывала маленькое поселение. Улочки этого мёртвого городка, были широкими и грязными, заваленные мусором.