Он зажмурился, обхватив руку.

– Ужасно колется, - сказал он. Когда он прошел в ванную, я услышала шум воды из крана. Мгновением позже он вернулся с новой повязкой на ране.

– Прости, - сказала я, чувствуя себя ужасно неловко. Но он сел рядом со мной, коснувшись левой рукой моего уха.

– Просто немного крови, - усмехнулся он.

– Ты бываешь таким глупым порой.

– Но это часть моего очарования, - сказал он. И скривился.

– Тебе нужно в больницу, - сказала я, но он покачал головой.

– Нельзя. Все заживет. Просто нужно отдохнуть и, знаешь ли, дать крови бежать спокойно. А ты этому слегка мешаешь, - он опустил голову, челка закрывала его глаза. Я не видела, закрыты ли они, но он испытывал больше боли, чем показывал.

– У тебя есть обезболивающее?
– спросила я.

– На кухне, - прохрипел он. – В шкафчике у холодильника, - я прошла на кухню и высыпала из баночки две таблетки.

– Вот, - сказала я, и он запил их оолонгом.

– Спасибо, - отозвался он, вытирая рот здоровым запястьем. – Но знай, что эти таблетки отключают меня мгновенно, - конечно, я взяла не те лекарства, я же едва читала кандзи на баночках.

Он лег на диван и сжался.

– Помочь тебе подняться?

– Я буду спать здесь, - сказал он. – А ты – в моей комнате. У нас, конечно, есть футоны, но отец удивится, что я их брал, потому лучше я посплю на диване.

– Уверен? – сказал я. Его глаза угасали, но я могла преувеличивать.

– Прости, - сказал он. – Так даже лучше, ведь я не могу себя контролировать, - он выдохнул от боли. – Можешь дать одеяло? – я оглянулась и увидела его, тут же укрыв его одеялом. Он поймал мои пальцы левой рукой, прижав их к губам. Его глаза слипались, но сияли, пока смотрели на меня. Оставив мои пальцы у губ, он сказал. – Я защищу тебя. Обещаю.

Я погладила его по волосам, наслаждаясь их шелком, а он резко убрал мою ладонь с головы.

– Кровь течет, - выдохнул он.

– Балда, - сказала я, и он усмехнулся.

Во тьме его комнаты и скрутилась калачиком на кровати. Дождь отбрасывал тени на чернильные рисунки, словно капли бежали и по деревьям на них.

– Что вам нужно? – прошептала я во тьму. – Почему я катализатор? – я ненавидела себя за такие мысли, но я не знала, какая часть его чувств ко мне принадлежала ему, а какая… его другой части, охотящейся на меня? Или это его чувства так влияли на чернила?

Не может быть. Он даже толком не знал меня, когда ручка взорвалась.

Рядом с кроватью Томохиро стоял будильник, он громко тикал, и я зажмурилась.

Я слушала, как дождь стучит по крыше. Окружив себя синим пледом плотнее, я вдыхала его аромат, а кожа пульсировала там, где он ее касался.

Я уснула, и во сне ко мне пришел дракон, а рядом с ним бесстрашно стоял Ишикава.

Глава 12:

Я проснулась, когда Томохиро постучал в дверь и спустился по лестнице. Протерев глаза, я резко вскочила, увидев, который час. Спустившись вниз, я нашла его на кухне, он усмехнулся. Я замерла, вспомнив о спутанных волосах и нечищеных зубах. Щеки вспыхнули.

– Охайо, - сказал он, помахав рукой, на запястье была чистая повязка телесного цвета. Он был в форме и поджаривал сосиски на завтрак.

– Ты пойдешь в школу с такой раной? – спросила я.

– У меня нет выбора. Будет подозрительно, если я не приду, - сказал он. – Пиджак прикроет. Не бойся.

А я не могла не тревожиться.

– Но в пиджаке будет жарко.

Он улыбнулся.

– Я справлюсь. Твоя сейфуку рядом с дверью комнаты.

<