Опускаясь осторожно на матрас, я поймал себя на мысли, что улыбаюсь во весь рот.

Это раннее утро длилось необычно долго для меня. Я сидел и ждал её пробуждения, как ждал ребёнком когда-то нетерпеливо, пока проснётся моя мама, чтобы показать ей модель самолёта, собранную мною самостоятельно. Я испытывал настоящий детский восторг.

*** .

Сегодня Ева спала непривычно долго, видимо потому, что вчера провела большую часть ночи за разговорами с Максом. Когда она открыла глаза, было уже совсем светло. Её конечности затекли от неудобного положения, и Ева потянулась, разворачиваясь от стены в сторону Макса, но так и застыла ошеломлённая с вытянутыми руками.

Он сидел перед ней на корточках. Лицо его было всё изранено и ободрано, с воспалёнными красными участками, но он был без своей бороды, лишь частые неровные пеньки тёмных волос напоминали о ней. Она не могла узнать в этом молодом человеке своего вчерашнего соседа по клетке – угрюмого и заросшего.

Ева в ужасе вдруг осознала, что он сделал это для неё! Она не понимала как, не понимала зачем, но он это сделал. Тёмные глаза Макса сверкали неподдельной радостью, улыбка расползалась шире, и теперь она могла видеть её во всей красе, не скрываемую растительностью.

— Ну, вот видишь, я – человек, а не медведь! – восторженно произнёс он.

Кончиками пальцев Ева дотронулась до его щеки - израненной и шершавой. В горле у неё встал ком. Глаза защипало, и слёзы медленно покатились по щекам. Улыбка сошла с губ Макса, он вдруг нахмурился и перехватил её руку.

— Ева, ты чего? Я обидел тебя чем-то?

Она уткнулась лицом в его плечо, пытаясь скрыть свои эмоции, но слёзы продолжали душить её. Вид бритого и исцарапанного Макса просто разрывал ей душу. Ей так стало жалко его, молодого и красивого, вынужденного находиться здесь униженным, голодным, избитым, вынужденного доказывать что-то себе, ей, Хасану, отстаивать свою честь. Стало жалко себя, этот постоянный страх давил непосильной ношей. Почему всё это с ними случилось?

— Просто… Я так хочу домой… Это не должно с нами происходить. Они не могут нас так мучить. За что?

Макс осторожно обнял её за плечи, поглаживая их. Потом он тихо отстранился, вздохнув, и отошёл к прутьям, замахнулся рукой, и она услышала звонкий удар чего-то брошенного им о стену.

Целый день он был хмурый и неразговорчивый. Занимался он резко, с невероятной злой силой хватаясь за перекладины. Когда в обед в клетку просунули миску с едой, он почти к ней не притронулся, заставив всё съесть Еву. Было видно, что что-то гнетёт его ещё сильнее, чем раньше.

Поздно вечером он осторожно лёг на матрас рядом с ней. Долго ворочался, видимо обдумывая дальнейшие действия, а потом виновато сказал.

— Ева, прости, если я причинил тебе боль. Я правда не хотел. Мне казалось, что тебе будет немного легче, если мой вид не будет тебе постоянно напоминать о том, что я здесь так долго, что так жалко выгляжу. Хотелось просто дать тебе хоть чуточку надежды. Я совсем не подумал, что у тебя будет совершенно обратная реакция.

— Дело не в тебе Макс, - она повернулась к нему лицом, - ты очень хороший, добрый, ты правда очень меня поддерживаешь. Просто мне больно от того, что ты здесь, что я здесь. Разве мы чем-то это заслужили?

— Нет, не заслужили, - он отрицательно помотал головой, - никто не заслуживает несправедливости, но тем не менее она повсюду. Разве ты этого не замечала, Ева? По-моему, надо просто дальше жить и верить, что всё будет хорошо.

***

Почему ей так спокойно рядом с ним? Ева задавала этот вопрос себе много раз. Он действует на неё каким-то магическим образом. Даже когда её страх достигает отчаянья, его касания снимают любое напряжение. Он словно купол, накрывающий её от бед. С каждым днём всё сильнее она стала осознавать, что хотела бы оказаться рядом с ним за пределами этой клетки, в обычной жизни. Быть рядом с ним, ощущая его силу, его защиту, тепло его души и тела. Это её самое отчаянное желание.

Ева лежала и смотрела на движения его тела, методично поднимающегося на перекладине под потолком. В нем совсем нет жира. Он так худ. Остались только мышцы, покрывающие его стальной каркас. Как ему хватает сил? Откуда он берёт желание впитывать в себя жизнь? Она знала, что иногда ему физически очень плохо. По утрам она видела, как его пошатывает: голод, нехватка кислорода, нервное истощение. Но он не сдаётся.

Ева осмотрела себя – жалкое зрелище. Синева от ударов на теле почти уже не видна, но кожа бледная и сухая. Ободранные руки с обломанными ногтями. Волосы повисли грязными сосульками. Тело всё липкое от пота и грязи. Она была просто омерзительна сама себе. Ева нервно встряхнула волосы руками и вздохнула.

— О чём задумалась? – Макс присел на колени перед ней.

— Да так...Чепуха…

Он пристально смотрел ей в глаза, она поняла, что бесполезно скрывать свои мысли – он видит их.

— Я устала от всего этого… Я есть хочу… Я хочу чувствовать себя в безопасности. Знать, что я не умру завтра. Перестать бояться шума дверей. Я хочу чувствовать себя человеком, а не грязным вонючим зверем. Я намыться уже хочу, в конце концов! – Ева не хотела плакать, показывать ему свою слабость, но слёзы предательски капали, разбиваясь о бетонный пол.