Шрифт:
Рейнальд уходит.
Входит Офелия.
Ну что, Офелия! Да что с тобой?ОфелияОтец мой, ах отец! Я так перепугалась!ПолонийЧего? Господь с тобой. ОфелияОтец мой, в комнате своей я вышивала;Принц Гамлет вдруг, в расстегнутом камзоле,Без шляпы, в неподвязанных и грязных,По щиколотку спущенных чулках;С дрожащими коленями, бледнееСвоей рубашки, с видом жалостным таким,Как будто вырвался из ада, чтоб вещатьОб ужасах, предстал передо мною.ПолонийЛюбя тебя, с ума сошел?ОфелияНе знаю.Но, право, я боюсь, что так. ПолонийЧто говорил он?ОфелияВзял за руку меня он, крепко сжал ееИ, отступая на всю длину своей руки,Другую приложив к бровям, стал мне в лицоГлядеть так пристально, как будто срисоватьЕго хотел. Он долго так стоялИ наконец, слегка мне руку покачавИ трижды головой кивнув вот так,Вздохнул так горестно и так глубоко,Как будто разрывалась грудь егоИ прекращалась жизнь. Потом меня пустил он;И повернув лицо ко мне через плечо,Дорогу он без глаз, казалось, находил;Он без их помощи дошел до двери,И блеск их до конца был обращен ко мне. ПолонийПойдем со мной; найти хочу я короля.Прямое то безумие любви;Есть свойство страшное у ней губить себяИ волю приводить к отчаянным поступкам,Как и у всех страстей, присущих нашейПрироде на земле. Мне это жаль.Ты резких слов ему не говорила?ОфелияНет, мой отец, но, как велел ты, писемЕго не принимала я и не пускалаЕго к себе. ПолонийВот что свело его с ума.Жаль, что о нем судил я так небрежноИ опрометчиво. Я думал, что шалит онИ погубить тебя намерен. ПодозреньяПроклятые! Клянусь, наш возраст также склоненУж слишком далеко в расчетах заходить,Как молодежи свойственно нуждатьсяВ благоразумии. Идем же к королю.Он это должен знать: бед больше от молчаньяПроизойдет, чем гнева от признанья.Идем.Уходят.
Сцена 2
Комната в замке.
Трубы. Входят король, королева. Розенкранц, Гильденстерн и служащие.
КорольПривет вам, Розенкранц и Гильденстерн!Мы очень видеть вас желали, и к тому жеНужда в услугах ваших нам велелаПоспешно вызвать вас. Вы кое-что слыхалиО перемене в Гамлете; я оттогоТак говорю, что в нем ни внешний человек,Ни внутренний не сходен с прежним. ЧтоИное, как не смерть отца, моглоЕго настолько разума лишить,Я не придумаю. Прошу обоих вас,Воспитанных с ним вместе с юных днейК нему и нравом близких, и летами:Здесь при дворе вы нашем согласитесьОстаться несколько, чтоб обществом своимЕго привлечь к забавам и разведатьПри случае, чего другого нет ли,Неведомого нам, что так его печалитИ что узнав, ему могли бы мы помочь