Шрифт:
Мужчина на минутку задумался, а потом расхохотался.
– Да ты гений, Мэй. Это же надо было додуматься. А что часто гладят?
Девушка кивнула.
– А можно вопрос, мистер Родригес?
– Для тебя дядя Карлос. Спрашивай.
– То о чем мы вчера говорили пригодилось?
– тихо спросила Мэй, оглянувшись.
– Да, - так же тихо ответил мужчина.
– Мы вчера подняли всех кто более менее знает историю в городе. Присланные тебе статьи очень пригодились, по крайней мере сэкономили нам много времени. Сейчас разрабатывается план противодействия.
– Я просто подумала что тот, ну кто у них там снаружи этот план придумал, он же может догадаться, что мы догадались.
– Мы об этом тоже подумали, - улыбнулся Карлос.
– Не переживай, все будет хорошо.
– Олав, Лав, Мэй, Кони, а ну как марш в школу, - раздался громогласный крик Кончиты.
– Если мне позвонят и сообщат, что вы опоздали, всем головы поотрываю.
– Мы уже там, - из дома пулей вылетела младшая дочь Родригесов Кони.
– Мэй, ты идешь?
– Иду, - кивнула Мэй.
– Спасибо, дядя Карлос.
– Тебе спасибо, Мэй, - улыбнулся мужчина и помахал детям вслед.
В школе Мэй была рассеянной, она все время думала о том что же такое придумали полицейские. К сожалению, расспрашивать подробнее она боялась, и так уже засветилась дальше некуда.
– Мисс Смит, - оторвал Мэй от размышлений голос миссис Крачковски.
– А?
– Мэй подняла глаза.
– Мне интересно ваше мнение мисс Смит. Что вы можете сказать о предложенной вам картине. Пожалуйста, покажите ее классу.
Мэй нажала на кнопку в компьютере и только теперь как следует сама посмотрела на то что ей досталось. Картина "Горожане" художника Рисовича. Девушка поморщилась.
– Ну же Мэри, - подбодрила девушку педагог.
– Не разочаровывайте меня. Неужели вам нечего нам сказать об этой прекрасной картине?
– Прекрасной?
– удивилась Мэй.
– Вам не нравится картина?
– в свою очередь удивилась миссис Крачковски.
– Мне не нравится картина, - согласилась Мэй.
– Я вообще не считаю кругизм искусством.
– Вот как? Но Мэри, искусство бывает разным.
– Простите миссис Крачковски, но это не искусство, - возразила Мэй.
– Это пародия, альтернатива, назовите как угодно. Я считаю, что это направление возникло в двадцать втором веке как подражание кубизму, авангардному направлению в искусстве, возникшему в начале двадцатого века. Но кубизм - это было ново, хотя и имеет спорную художественную ценность. Кругизм же не имеет под собой ни исторической, ни какой другой основы. Это просто лень и инертность якобы художников.
Сидящий справа Джон сидел, и смотрел на Мэй, открыв рот от удивления, остальной класс не сильно от него отставал. Спорить с Крачкой об искусстве не решался никто.
– Ее что никто не предупреждал?
– шепотом спросила у Сильвио Ребекка.
– Да с чего бы?
– отозвался парень.
– Кто ж предположить мог.
– Вы слишком категоричны, мисс Смит, - Крачка даже опешила на мгновение.
– А как же Эмберт или Тул, они, по-вашему, тоже халтурщики и альтернативщики? Они ведь тоже рисовали в этом стиле.
– Работы Эмберта в кругизме пришлись на начало и становление его как художника. Он безусловно талантлив, но ради славы и денег шел на компромиссы с совестью и рисовал шедевры на потребу публике.
– Она спятила, - выдохнула Далила.
– Вы так считаете?
– Я так считаю, - подтвердила Мэй.
– Чтобы не быть голословной, можно сравнить ранние и наиболее известные работы Эмберта. Что же касается Тила, то это не художник, это ремесленник.
– Вы очень категоричны, мисс Смит, но ваши знания поражают. Не думала, что девушки в вашем возрасте могут так серьезно и глубоко интересоваться живописью. Я попрошу вас задержаться после урока, Мэри. Вы заслужили высший балл, садитесь.
Мэй села на место, под восторженный шепот одноклассников и уронила голову на руки.
– Мэй, ну что она сказала?
– под дверью кабинета искусств собрался не только класс Мэй, но и старший класс, почти в полном составе, а так же несколько учеников младших классов.
– Ругалась?
– Да нет, - девушка удивленно смотрела на собравшихся.
– Ты что правда заявила ей что художник и картина фуфло?
– спросил Тод.
– Это же равносильно самоубийству. У нас же любая мазня- это искусство.