– Воларит... логично предположить, что не обошлось без участия наших загадочных недругов.

– И у меня сложилось аналогичное мнение. В черновике отчета об этих сектах и движениях информации не густо, я дополнительно в сети порылся, поискал по названиям и выявил характерную тенденцию. До некоторого момента упомянутые движения были малочисленными, практически никому не известными сообществами. Чуть ли не клубами. Устраивали междусобойчики, редкие акции, типа пикетирования государственных учреждений, писали гневные петиции в правительственные организации... короче, являлись чем-то вроде сборищ тихих сумасшедших. Никому не нужными и неинтересными. Однако с определенного времени, невиданное дело, малозначительные движения вдруг начали стремительно разрастаться, затеяли политическую деятельность в местных выборных органах, затем стали закупать оружие, организовать собственные боевые отряды, и, наконец, устраивать мятежи. Причем, что крайне важно, всегда совместно с другими, образно выражаясь, более раскрученными, движениями. Под их прикрытием. 'Серый джихад', 'Дети рейха', 'Славянский реванш', 'Чжунго' - названия знакомы?

– Естественно.

– А 'Солидарность душ', 'Свободные братья', 'Юнитас', 'Хе-пинг'?

– 'Свободные братья' где-то встречал, об остальных никогда не слышал.

– Вполне объяснимо. 'Свободные братья' - самое крупное движение из... указанных сект. Они серьезно на Аквалоне засветились. В общем, в черновике упомянуто одиннадцать организаций, финансируемых 'неустановленной третьей стороной', а сколько их в реальности...
– Полковник развел руками.
– Шут с ними, самое любопытное - четыре стандартных года назад спонсирование движений неожиданно прекращается. Одномоментно. 'Юнитасы' и 'Хе-пинги' резко сворачивают активную деятельность и возвращаются к прежнему - клубно-петиционному - состоянию. За исключением 'Свободных братьев'. Очевидно, те достигли уровня, когда изначальный источник поддержки не оказывает решающего влияния на существование движения. То ли новых спонсоров нашли, то ли к ресурсу какому-то присосались, то ли стали самодостаточными за счет вливания собственных обеспеченных рекрутов. Что целостную картинку не меняет. То самое исключение, подтверждающее правило. Практически все странные секты-движения разом просели, откатились... А помнишь, что у нас произошло четыре года назад?

Радулеску наморщил лоб, погладил подборок, задумавшись, затем ответил:

– Если не ошибаюсь, примерно в это время в конторе зафиксирован первый случай 'беспричинного' сердечного приступа.

– Бинго!

– То есть... получается, что сначала наши противники преследовали цель создания напряженности в Федерации путем поддержки сепаратистских движений и инициации мятежей, но затем по каким-то причинам резко поменяли стратегию и переориентировались...
– капитан сделал небольшую паузу, - на постепенный захват государственных структур...

– Именно!
– перебил Тадеуша Смит.
– Я недаром говорил и говорю, что ты - лучший аналитик в отделе. И без черновика отчета аналогичный вывод родил. Я-то файл вдоль и поперек прочитал. Вообще, большая удача, что демоны черновик проворонили. И радостный для нас факт. Во-первых, дополнительное подтверждение того, что они неидеальны, несмотря на свое превосходство, допускают ошибки. А во-вторых, кое-что прояснилось. Существенное кое-что. И ты совершенно прав. - Полковник понизил голос, оглянулся и произнес: - Незаметный захват власти - вот что сейчас происходит в Федерации. И мы угодили под жернова процесса. Теперь понимаешь, за что нашего тихоню Лемке уконтрапупили?

– Безусловно.

– И мы были бы следующими. Вернее, сначала я, а потом и до тебя бы очередь дошла. Если честно, до сих пор в легком недоумении от того факта, что удалось улизнуть. Пусть меня едва в каморке приступ и не накрыл. Но то место, откуда у перцев моего возраста песок сыплется, подсказывает, что от нас не отступятся. И та парочка 'голубчиков', с которыми у бара схлестнулись, далеко не последняя. Хотя неизвестно, кто их послал. Допускаю, что мои друзья-контрабандисты сладкой парочке заказ оформили, но...

Полковник оборвал себя на полуслове, заметив приближающегося высокого мордатого мужика с повязкой в области носа. Замолчал скорее из нежелания быть услышанным, а не по причине того, что приближающийся мужик насторожил беглого 'инквизитора'.

Прохожий на первый взгляд особых опасений не вызывал - одет в шорты и футболку, оружие спрятать абсолютно негде, разве что перебинтованный нос смотрелся странно, словно его отрезали, а на пустое место прилепили пластырь. Мелькнула мысль, что снова ряженый. С 'голубками' не срослось, теперь перебинтованным шнобелем отвлекают. К тому же и у парочки псевдогеев пистолет-пулеметов Смит тогда не заметил. Но они на скамейке в безлюдном парке сидели, где-нибудь в траве или по маршруту могли спрятать. И одежда позволяла... кое-что укрыть. А тут люди кругом, мужик на виду, одежда сидит плотно, не то, что пистолет-пулемет - ножика не спрятать. И за спиной в том числе - народ бы обратил внимание на выпирающую конструкцию. К примеру, вон, тот военный в форме федеральной колониальной пехоты, топающий следом за мужиком.

И физиономия у мужика расслабленная, как и положено прогуливающемуся. Не похоже, что мордатый 'на работе'. Если только профессионал высокой пробы, но они на планете толпами не бродят. И так до реальной паранойи недалеко. Нет, данный персонаж не в теме.

А военный насторожил. Что-то в выражении лица полковнику не понравилось. Пехотинец шел, словно кол проглотив, уставившись в затылок мордатого. И руку держал практически за пазухой. Что казалось откровенно подозрительным. Не киллер ли? Или ребята сообщники? Присмотревшись к перебинтованному, Смит отбросил эту версию. Нет, парни явно из разных песочниц. Полковник перенес основное внимание на пехотинца, подобрался, сделал предупреждающий знак Тадеушу и придвинул руку ближе к карману, где лежала 'Беретта'.

– Военного видишь?

– Да.

– Кажется, по нашу душу кадр.

– Понял. Выдвигаемся навстречу?

Полковник на мгновение задумался.

– Не стоит. Много свидетелей. Если начнем первыми, высоки шансы дров наломать. Вдруг ошибаемся? Наши домыслы к делу не пришьешь. А на тебя после перестрелки у полиции и без того изрядный зуб имеется. Ни к чему гусей дразнить. Пока спокойно дышим воздухом... Ты за тылами присмотри, на три - девять часов, вероятно, отвлекают. А за этим кадром я пригляжу, вытащит пушку - продырявлю плечо.