— Помнишь, что нужно делать? — я требую четкого ответа.

Слоан отвечает одним единственным кивком.

— Нужно сохранять спокойствие и не двигаться, — шепчет она.

Я уже сейчас могу сказать, что все пройдет шикарно. Многие бы начали кричать при виде ножа, но Слоан видимо принимает то, что нравится мне. Я и так ждал достаточно долго, поэтому сейчас позволяю себе раздеться, скидываю ботинки, избавляюсь от брюк и следом стягиваю боксеры, что удерживали мой член. Теперь я стою полностью обнаженный. Затем обхватываю свой член, крепко сжимая, жестко поглаживая. Это, бл*дь, великолепно. Я смотрю краем глаза на блондинку, она прижимается своей киской ко рту парня, принуждая его лизать ее сильнее. Ее рот раскрывается в немом крике удовольствия. Глаза Слоан мечутся между парой наших гостей и мной. Я коварно улыбаюсь ей и забираюсь на кровать. Она вздрагивает всем телом, когда я подношу острую сталь охотничьего ножа к ее коже.

— Зет, — слетает с ее губ мое имя.

Мы никогда не используем имена в этих играх. Я смотрю на нее предостерегающим взглядом. Она закусывает нижнюю губу, посылая мне кивок, тем самым понимая свою ошибку. Я никогда не давал обещания, что не причиню ей боль, но смягчаю выражение, что стоит у меня в глазах, чтобы она понимала, что та боль, которую я собираюсь причинить, не настоящая, это только для ее удовольствия. Я не причиню ей вреда.

Она наблюдает за мной с близкого расстояния, потому что сейчас я склоняюсь над ней и провожу лезвием ножа по ее коже. Лезвие ласкает ее грудь, соски, обводит ее плавные изгибы, задерживается на бедрах. Она настолько сильно дрожит, что я боюсь ее поранить. Блондинка на диване начинает всхлипывать от удовольствия, когда наблюдает за моими действиями. Она на грани, сейчас кончит, ее оргазм почти накрыл ее волной похоти и вожделения. Я переворачиваю нож, так я удерживаю пальцами острое лезвие, а кожи Слоан касается полированная деревянная рукоятка. Затем я ухмыляюсь сам себе, оборачивая пальцы вокруг острой стали, стискивая ее покрепче, знакомая боль прошивает мое тело, разрезает кожу. Теперь я устремляюсь рукояткой между ее ног.

Страх охватывает ее на долю секунды, пока она не осознает, что я еще не закончил начатое. Я плавно и бережно массирую ее клитор рукояткой ножа, поглаживая свой член все быстрее и жестче, когда понимаю, что ее ощущения возобладали над ней. Да, может, она и напугана, но чувство похоти оказалось сильнее. И, бл*дь, ей это нравится. Теперь я начинаю действовать смелее, проводя рукояткой от клитора до сердцевины ее киски, раздвигая внутренние лепестки, распространяя влагу. Затем одним резким движением я погружаю рукоять в ее узенькую киску.

— О... черт.

Она дублирует это движение бедрами, пытаясь получить желаемое проникновение еще раз, сжимая кулаки в попытке дотянуться до шелка простыней, но они лишь сжимают пустоту, потому что ее руки удерживают крепкие манжеты.

— Это самая сексуальная вещь, которую я только видела, — постанывает Блондинка.

Парень прекращает лизать ей киску, чтобы выяснить, о чем именно она говорит. Когда он видит, что я делаю, его взгляд наполняется чем-то животным, и глаза темнеют. Я вижу, что он такой же, как я. Он поднимается на ноги и рывком поднимает девушку вверх, усаживая ее на свой член, спиной к себе, так чтобы они могли вдвоем наблюдать за моими действиями. Они вдвоем не могут отвести взгляда от того, как я трахаю Слоан рукояткой ножа, а она дублирует мои движения, все яростней насаживаясь на нее. Ни за что бы не подумал, что такое возможно. Никогда бы не подумал, что она позволит мне сделать такое. И уж точно я никогда бы не подумал, что ей понравится это. Реальность вызывает будоражащие чувства, но, в то же самое время, и пугающие. Если она позволяет делать мне это, тогда где же ее гребаная черта, которую нельзя переходить? Потому что это... все, что я сейчас делаю, ничто для меня. Я вытаскиваю рукоятку и сильнее сжимаю сталь лезвия, настолько, что я могу ощущать, как оно разрезает кожу сильнее, принося мне некоторое облегчение. Через мгновение я отбрасываю нож как можно дальше от себя. Нож вонзается в стену на расстоянии семи футов, покачиваясь в стене от силы моего броска

Моя рука истекает кровью, и в это время тело Слоан выгибается, умоляя, чтобы я взял ее. Я приникаю губами к ране и провожу языком по всей ее длине, когда кровь попадает в рот, она отдается медным привкусом. Я наклоняюсь к Слоан и шепчу ей на ухо.

— Что думаешь, зверушка? Хотела бы поиграть с нашими друзьями?

Гортанный стон вырывается из ее горла.

— Я не знаю... Я не знаю.

— Будет весело, я тебе обещаю, детка.

Ее взгляд встречается с моим, и я опять вижу там гребаное выражение доверия. Как бы я хотел, бл*дь, не видеть его там.

— Хорошо, — говорит она еле слышно.

Я разворачиваюсь и киваю блондинке, до того как Слоан не успела передумать

***

Слоан

Девушка быстро отходит от своего партнера, как будто его больше и не существует. Я борюсь за то, чтобы взять под контроль свое чувство страха, пока Зет сидит на пятках совершенно голый.

Он продолжает скользить рукой по всей длине члена, смотря, как я извиваюсь от желания на кровати. Я прекрасно понимаю, некоторые парни буквально сошли бы с ума прямо сейчас: две девушки, одна из которых обнаженная, обездвиженная с помощью манжетов, другая на половину обнаженная направляется к кровати, готовая сделать неизвестно что. Часть меня печально вздыхает, глядя на это, и качает головой от разочарования, насколько низко я пала, что вообще пришла на эту вечеринку. Это именно та самая часть, что совершенно противилась надевать высокие кружевные чулки и кружевное белье.

Другая же часть меня пребывает в откровенно возбужденном и радостном настроении, потому что она полностью одобряет мои действия. Потому что никто не принуждал меня делать это, я сама этого захотела. На протяжении долгого времени я мечтала провести такую же ночь, как была тогда в отеле, просто я была недостаточно смелой, чтобы признать это. Зет, с его противоречивой натурой, вытащил эту правду из меня. Он мой творец. Он создал монстра. Я в ужасе от того, что мне нравится нож и то, как он использовал его. Это заставило меня столкнуться с двумя мощными эмоциями: ужасом, от которого сотрясалось тело, и желанием, от которого рушились все стены самоконтроля.

А теперь еще и это...

Никогда до этого момента я не была близка с девушкой. Но как мне кажется, когда блондинка забирается на кровать и стреляет в Зета собственническим взглядом, это явно не в первый раз для нее. Зет усмехается, его кривая улыбка настолько сексуальная, что это заставляет мою кожу пылать. Она располагается у меня между ног, смотря с желанием.

Блондинка опускается ниже и жадно начинает кружить кончиком языка по клитору и чувствительной вершинке, ее прикосновения нежные и ласковые, не такие как у Зета. Тогда он приник к моей киске, глубоко целуя меня и проникая в ее жар языком со всей яростью, будто лев, который рвался на охоту. Она работает языком тоже достаточно искусно, но все же не как Зет. В тот момент, когда ее язык проникает в меня, она наблюдает за мной, но я сосредоточена на Зете.