Клаудиа повернулась к своему парню.

– Ты не говорил, что помог запланировать этот ужин.

Она поцеловала его в щеку. Рубио покраснел (жалкий тип).

– Это был... сюрприз.

Ливви сжала мое бедро.

– Ооой, ребята, вы такие милые, что меня сейчас стошнит.

Мы с ней потешались над неловкостью второй пары. Они хоть понимали, с кем ужинали? Клаудия быстро пришла в себя.

– Как будто вы лучше. Вы постоянно раздеваете друг друга глазами. Удивительно, что вы вообще выбрались из дома.

– Мужчине нужно питаться, - сказал я, - к тому же, я раздеваю ее не только глазами. Иногда я делаю это зубами.

Ливви покраснела до корней волос, пока мы покатывались со смеху.

– Я просто рада, что она, наконец-то, встретила свою пару. Мы с Руби долго пытались ее с кем-нибудь свести. Даже думали, что она могла быть лесбиянкой, и стеснялась нам в этом признаться. Чтобы вывести ее на разговор, я даже рассказала ей о том, как однажды поцеловала свою подругу Беттани... но она не отреагировала.

У Клаудии есть привычка вываливать слишком много информации, но когда дело касается Ливви, я наслаждаюсь каждым ее словом.

– У тебя нетподруги по имени Беттани, - укорила Ливви.

Судя по голосу, она казалась взбешенной, но это было напускным.

– Ты же этого не знала, - ответила Клаудиа, - я просто хотела продемонстрировать тебе свое одобрительное отношение к тому, что ты лесбиянка.

– Но я не лесбиянка!
– воскликнула Ливви в притворном раздражении, и закрыла лицо, когда официант, выбрав именно этот момент, вернулся к нашему столику.

Несмотря на мою уверенность, что он невольно услышал разговор, официант держал себя в рамках профессиональной этики. Вскоре, и всем нам удалось успокоиться настолько, чтобы заказать ужин и вино.

Ливви считала Европу 'чумовой' по той лишь причине, что согласно закону, здесь разрешалось употребление алкоголя с восемнадцати лет. Конечно, если вы дотянетесь до барной стойки, чтобы вас обслужили.

– Знаешь, если когда-нибудь решишь поэкспериментировать с девушкой - естественно, под моим бдительным руководством - я ничего не имею против.

Я послал Ливви нахальную улыбку, и для пущего эффекта, изогнул бровь. Она покачала головой.

– Бьюсь об заклад, что не имеешь.

Под столом, ее рука накрыла мои яйца и ее глаза расширились, когда она почувствовала доказательство моего возбуждения.

– Позже, - прошептала она.

И я задумался, подразумевала ли она, что позже ублажит меня, или позже предстанет передо мной целующей и ласкающей другую девушку. В любом случае, мне повезло.

Остаток ужина прошел в таком же веселом настроении. Клаудиа и Ливви разговорную часть взяли на себя. Мне так было предпочтительней, и Рубио, кажется, тоже. Ливви была остроумной, а Клаудия настолько грубой, что я не мог не потешаться над этими двумя подружками. Эльф со своим парнем, все больше вызывали мою симпатию.

После ужина и попытки потанцевать (а я несамый лучший танцор), я отвез Клаудию и ее парня домой. Рубио - будучи джентльменом, коим он и является - пытался сунуть свою долю расходов на ужин в мой карман, но я ему не позволил.

– Купи ей что-нибудь дорогое, ибо ничто так не делает женщину более покладистой в постели, - с улыбкой произнес я.

– Я уже покладистая, - возразила Клаудия, - Руби может производить впечатление тихони, но вы же знаете, что говорят о тихом омуте.

Руби рассмеялся, одновременно, залившись краской.

– Она пьяна. Я лучше заведу ее домой.

– Да! Заведи меня!

Притянув Рубио к себе, своим ртом Клаудия прижалась к его лицу. Это длилось так долго, что я решил уехать, наблюдая в зеркало заднего вида за тем, как Рубио махнул рукой, продолжая целоваться.

Ливви растянулась на пассажирском сидении, пребывая в блаженном опьянении, и судя по тому, как она себя поглаживала, по прибытии домой, мне было чем заняться.

– Тебе что-нибудь нужно из твоей квартиры? Сегодня мне бы хотел остаться в отеле.

Я гладил Ливви в перерывах между маневрами на дороге.

– А что?
– сонно спросила она.

– Все мои вещи в отеле. Твоя квартира ближе к тому месту, где мы сейчас находимся. И если тебе что-нибудь нужно, мы можем заехать, - объяснил я.

Я ненавидел спать без Ливви. Когда она оставалась со мной, кошмары снились значительно реже.

– Но я хочу тебя. И не хочу ждать, - канючила она.

Она была очень пьяной, и часть меня подозревала, что этой ночью о сексе можно было не мечтать.