– Может, я позвоню ей на следующей неделе.

– Хорошо, - прошептал я.

Это все, на что я был способен.

– Обещай, что ты не уйдешь.

Ливви крепко прижималась ко мне своими ручками.

– Обещаю. Ты можешь сказать то же самое?

Я почти боялся ответа.

– Обещаю. Я твоя, - сказала она.

– А я твой.

– София? Нам уходить?
– крикнула Клаудиа с нижнего этажа.

– Нет!
– ответила Ливви, - мы спустимся через минуту.

Поднявшись, она поцеловала меня, сначала нежно, затем страстно. Придвинув Ливви к себе, я принялся ласкать ее грудь. Она разорвала поцелуй.

– Позже, Секси. У нас уйма времени.

– И я планирую удержать тебя на весь этот срок.

И еще раз ее поцеловал.

– Хорошо. Люблю, когда ты меня удерживаешь.

Ливви улыбнулась, и я увидел, что она была уже в лучшем настроении.

Пока она приводила себя в порядок, я спустился вниз, чтобы составить компанию нашим друзьям. Как только она присоединилась к нам, мы отужинали onarroz con gandulesи стейками. На десерт у нас был праздничный торт, я всегда буду помнить улыбку на лице Ливви, с которой она задувала свечи.

После того, как наши гости ушли и мы остались, наконец, одни, то уселись на наш новый диван, и смотрели на пламя костра, горевшего в нашем новом камине.

– Спасибо, Джеймс. У меня был превосходный день рождения.

Я усмехнулся.

– Перетаскивание коробок, эмоциональная травма и праздничный торт - тебе легко угодить.

Ливви ткнула локтем в мои ребра.

– Придурок.

– Так как сегодня день твоего рождения, я спущу тебе это с рук.

– Кстати, я получу подарок?

Я слышал улыбку в ее голосе.

– Да. Ты хочешь его?
– подначивал я.

– Конечно!

– Отлично, но сначала... Думаю, по традиции именинницу ждет праздничная порка.

Ливви поежилась.

– Но... я так устала!

– Вот и хорошо. Меньше шансов, что будешь постоянно вертеться.

Устроившись поудобнее, я положил Ливви на свои колени. Это была самая невоодушевленная порка в моем исполнении. В течение всего процесса она хихикала, и я ничего не делал, чтобы исправить ее поведение.

– Оой, ты со мной мягко обошелся.

Ливви продолжала смеяться между своими учащенными вздохами.

– В прихожей нет штор. Я пока что не хочу пугать соседей.

– О. Боже. Мой. Я забыла про окна.

Вскочив, она уселась мне на колени.

– Они, наверное, подумают, что мы извращенцы.

– А разве не так?

– И то верно. А теперь, дражайший сэр, мой подарок, пожалуйста.

Она вытянула обе руки. Я поднял ее со своих колен, и мы отправились наверх.

Сейчас я прерываюсь, но, забегая вперед, сообщаю, что не буду посвящать вас в подробности своего подарка для Ливви. И не дуйтесь! Просто пересказывать это слишком неловко. Но так как мне не хочется читать в интернете бесконечные вопросы на эту тему, скажу вам следующее: подарок связан с воссозданием очередного воспоминания Ливви... обо мне... одного... в душе. И пусть ваши трусики намокнут! А я перехожу к следующей главе.

Глава 14

Мне снился сон. Я терпеть не мог видеть сны, но впервые за последнее время... он оказался хорошим. Это был сон, от которого не хотелось пробуждаться. В нем присутствовал Рафик, но это был не совсем он. Это была версия него, о которой я никогда не знал, он никогда не мог быть ТАКИМ по-настоящему. Его присутствие делало очевидным тот факт, что это было сновидение, но общество моего бывшего опекуна привнесло в него что-то особенное, и я решил не просыпаться.

У нас с Ливви была вечеринка, где мы праздновали мой день рождения. На нее пожаловала масса людей, которых я не узнавал, но, по-видимому, Ливви они были знакомы. Думаю, одной из приглашенных была ее мать. Они вместе суетились на кухне, разливая шампанское в высокие бокалы, а одна из сестер Ливви пыталась их убедить, что ей можно было взять хотя бы один. Она выглядела так, как по моим представлениям, выглядел мой Котенок в детстве. Ливви казалась такой счастливой.

– Неплохо устроился, брат. Я горжусь тобой. Ты это заслужил, - сказал Рафик.

Хлопнув меня по спине, он взъерошил мои волосы так, как делал это в моей юности. Я шлепнул его по руке.

– Я не ребенок. Прекрати это делать.

Улыбка не сходила с моего лица.

– Знаю. Теперь ты мужчина. У тебя своя семья. Возможно, я всего лишь предаюсь воспоминаниям о мальчике, которого знал.

Он снова взъерошил мои волосы, и я больше не возражал.

– Я рад, что ты пришел. Кроме тебя у меня нет другой семьи.

– Мы - сироты, Калеб. Мы создадим свои собственные семьи.