И котелок он оставил тоже… Наверное, видел, как я это пузатое чудо по боку оглаживаю и завистливо вздыхаю.

Что же это такое?

Получается, я Киршена больше не увижу?

Плюхнулась рядом с луком и схватилась за голову, пытаясь собраться с мыслями. Давно он ушёл? Вряд ли. Потому что просыпалась я рано, а рассвело не больше часа назад.

Но я же была уверена, что Кир останется тут ещё надолго, ведь опираться на ногу толком у него пока не выходило! А пока он будет выздоравливать, надеялась как-нибудь уговорить его взять меня в попутчики. Куда бы ни шёл. Не так важно… Ведь рано или поздно он повернёт назад, а вдвоём выбраться легче.

Но почему же он так внезапно сорвался с места?

Ох, неужели дело во вчерашнем разговоре? Вчера я так распереживалась, что не сообразила: Кир может всё не так понять. Я-то расстроилась, что и тут моя куцая недодоля легла между нами преградой, а он мог подумать, что, узнав о его драконьей сути, я переменилась и иметь с ним дела не хочу.

Ведь я же про себя, что во мне тоже драконье есть, так и не рассказала.

И что теперь делать?

Как что? Понятно. Я ведь так и эдак собиралась продолжить путь. Только не знала, куда идти. А теперь у меня есть цель — отыскать Киршена.

Достав мешок, начала быстро упихивать пожитки.

Пока собиралась — соображала, куда идти. Почему-то вспомнилось, как последние дни Кир пялился в стенку. Напряжённо, настороженно. Будто что интересное или важное на сером камне узрел. Ну, или звал издали кто. А какая это сторона света? Вроде запад. Хорошо. А когда я видела Кира первые два раза, куда тот шёл? Сосредоточилась, припоминая. Второй раз, кажется, на юг, хотя в поле зрения он был лишь секунду, фиг поймёшь. А вот река точно на закат текла. Значит, начинаю искать след в западном направлении. Костыль же должен следы оставлять?

Закинув за плечи мешок с громыхнувшим котелком — тяжёлый оказался подарочек! — оглянулась на две высокие серые скалы, сошедшиеся вершинами, на ровную стену камней перед ними. Сколько я труда и сердца вложила в эту землянку, как старалась… пусть неказистый, маленький, но первый собственный дом. Будет ли другой? Кто знает…

Вздохнула, улыбнулась — и уставилась в землю.

Ну, где тут следы этого идиота?

Потыкавшись в разные стороны — сообразила: в каком бы направлении Кир ни шёл, всё равно, пока нога не зажила, постарается выбирать дорогу полегче. И по ровному месту, не по косогору. Значит, надо спуститься в долину под горой и повернуть на запад, а тогда уж искать.

Идея оказалась верной. Там, где листва на тропе была влажной, виднелись свежие отпечатки сапога, а рядом следы костыля. Отлично! Теперь лишь бы не сбиться…

Удивительно, но двигался он быстро. Будто спешил куда-то. Только три часа спустя впереди мелькнула синяя куртка.

А мне в голову, пока бежала следом, пришла нехорошая мысль: вдруг дело не в обиде, а совсем в другом? Ведь Кир дважды отказался отвечать на вопрос, куда именно держит путь и что потерял в Драконьих горах. Причём так, что было ясно: спрошу и в третий раз, и в пятый — всё равно ничего не узнаю. «Не имеет права говорить», и всё тут. Так не выйдет ли, что догоню его, загляну в лицо: «Я с тобой!» — а Кир меня прогонит? Или снова втихаря ускользнёт на рассвете?

Я же понятия не имею, что он на самом деле обо мне думает. Да, я его спасла. Да, встретились в диком краю, где, похоже, кроме нас, на сто лиг окрест ни души. Но как только Кир смог передвигаться, сразу пошёл дальше. А меня с собой не позвал. Одарил на прощанье котелком, и на том спасибо.

Как же поступить?

Может, пока просто идти по следу, а на глаза не соваться?

Здорово было бы шагать бок о бок… но вдруг я снова не нужна?

Наверное, если б он был здоров, я бы отстала. Или прокололась, и меня б заметили.

Но он ковылял, не оборачиваясь. Да и как оглянуться, если еле равновесие держишь? Так что я спокойно шла следом, держа небольшую дистанцию. И размышляла о том, что делать ночью. Выходило, что надо будет незаметно притулиться где-то неподалёку, чтобы, если затрясёт, не унесло от него прочь. То есть костра мне не видать. Ничего, на пару дней варёной рыбы хватит — уходя, Кир не тронул ничего из моих припасов — а дальше что-нибудь соображу. А вот чем этот горе-путешественник будет питаться? Хотя, наверное, тем же самым, чем и до нашей встречи.

Остановился он, только когда начало темнеть. Закутался в плащ у подножия толстого граба, сжевал непонятно что, взятое из котомки, хлебнул из фляги, потом стал лечить ногу.

Отползла за пригорок и тоже стала устраиваться на ночлег.

Через три дня я уже жалела, что ввязалась в эту авантюру. Потому что моя калика перехожая чесала вперёд и вперёд с упорством прущей на нерест рыбы. Без передышки, не задумываясь и не останавливаясь. Временами смотреть на его старания было просто жутко — на один крутой холм Киру пришлось карабкаться чуть ли не ползком, нога-то ещё не держала. Вполз и рухнул… Жуть. Куда его несёт?