– Клаудия, ты замечательная женщина, и просто блестящая любовница. И было время, когда я не мог обходиться без тебя. Но то время прошло. Всё изменилось. Мы оба изменились. И то, что раньше имело для меня значение, потеряло свой смысл. Ты молодая, прекрасная женщина, а я - инвалид, сама видишь, что без посторонней помощи я абсолютно немощен.

– Но зато, это никак не отразилось на твоём искусстве любить!
– Перебила Клаудия.
– Ты, по- прежнему великолепный любовник!

– Клаудия, пойми, я не тот, кто тебе нужен, и прошлая ночь действительно была ошибкой, всему виной моё длительное воздержание. Я мужчина, и не смог отказаться от того, что мне было предложено. Но на этом всё. Прости меня, ещё раз, но это больше не повторится.

– Ты с ума сошёл? Что значит не повторится? Нет дружок, однажды ты уже попользовался мной, и сбежал, как нашкодивший кот, но в этот раз - не выйдет. Мы оба с тобой взрослые свободные люди, и никто не осудит нашу любовь.

– Клаудия, прекрати...

– Марко, любимый, прошу, не говори сейчас ничего. Просто дай мне ещё немного побыть возле тебя, хотя бы просто, как друг, а потом я уеду, обещаю.

– Ладно, Клаудия, но скоро ты и сама поймёшь, что я не тот, кто тебе нужен.

* * * * *

Чуть позже, приведя себя в порядок, и приняв душ, я спустилась в столовую. Там, уже вовсю гремели баталии, брат с сестрой спорили по поводу и без, а бедняжка Ирене, заняв миротворческую позицию, пыталась уговорить озорников доесть свой завтрак в тишине. Эл, судя по всему, уже уехал на службу.

От волнения, мне кусок в горло не лез, но я упорно игнорируя протест желудка принялась намазывать тост клубничным джемом.

– Доброе утро!- донеслось с порога. Подняв голову, я с подкатившей злостью наблюдала, как элегантная Клаудия вплывает в комнату следом за креслом Марко.

Похоже, "сладкая парочка", (Твикс - не иначе) решила продемонстрировать всему миру, что у них любофф!

Вслед за Ирене, я заставила себя натужно улыбнуться в ответ.

– Ах,- щебетала без умолку Клаудия,- я и забыла, как здесь чудесно по утрам!

– Как прошла ночь?
– спросила ничего не подозревающая Ирене.

Клаудия, кокетливо поглядывая в сторону Марко, на мой взгляд, чересчур пылко ответила:

– О, ночь была великолепна! Вот ради таких ночей, и стоит жить!
– Она с победоносным видом зыркнула в мою сторону.

Жуй, Энди, жуй - мысленно уговаривала я себя. Не отвечай на провокации этой

" Гарпии". Пусть даже не догадывается о том, как тебе больно.

До Ирене, кажется, наконец дошёл смысл того, о чём говорила Клаудия, потому, как заалели её щёки, и она в спешке стала выпроваживать не в меру расшалившихся отпрысков :

– Всё, дети, подъём, занятия ждут!

– Не представляю, как у вас хватает терпения, милая Ирене,- Клаудия упорно не желала умолкать.
– Дети - это такой труд!

– Ну что вы, какой же это труд? Они смысл нашей жизни, и всё, что они делают, нам только в радость.

– Ты не любишь детей, Клаудия?- ну надо же, Марко решил подать голос.

– Дорогой, обещаю, что наших детей, я буду просто обожать!

Мне это показалось, или она опять посмотрела на меня. Чтобы занять рот, и не ляпнуть чего-нибудь, я хлебнула горячего чая.

Ай, как же горячо! Так, пора, дожёвывать, и поскорее убираться, - пронеслось у меня в мозгу. Но следующая фраза этой " гарпии" заставила меня насторожиться.

– Андреа, а вы, как я погляжу - ранняя пташка. Я видела вас утром в саду. Но отчего вы так спешно сбежали при виде меня?

Не отвечай!- твердил разум, но мой рот похоже с ним не согласился:

– Всё просто,- мило улыбаясь ответила я ( ого, по мне" Оскар" плачет!) Просто, увидев вас, почти вывалившуюся из окна, я решила, что вы, пытаетесь оказать нам всем услугу, свести счёты с жизнью, и ни в коем случае не хотела помешать вашим благородным намерениям.

Ирене тихонько прыснула прямо в чашку, и резко вскочив, под предлогом того, что нужно посмотреть как там дети, рванула наверх.

– Я, с вами, - поднялась я, воспользовавшись предлогом соскочить.
– Вдруг понадобится моя помощь... И бросив на ходу сидевшим за столом:

– Приятного аппетита, - рванула вслед за Ирене.