– Ты долго здесь был?
– Спросил Лартен.

– Несколько недель.
– Ответил Курда.
– Я пришел, когда понял, что война подходит к концу. Лидеры этих людей ужасны, но сами люди – хорошие и честные, и заслуживают помощь.

– Какая тебе разница?
– Спросила Арра, нахмурившись.
– Разве нет людских врачей, которые могут присмотреть за ними?

– Скоро будут.
– Ответил Курда. – Но, как я уже говорил, сейчас здесь царит хаос. Когда придут доктора, этих людей уже будет поздно спасать.

– Ты родом из этого города?
– Спросила Арра.

– Нет.
– Ответил Курда.

– Может ты родом из Германии?

– Нет.

– Тогда спрошу еще раз, какая тебе разница?

– Мне нравится помогать.
– Пожал плечами Курда.

– Я думала, что ты слишком занят, пытаясь помирить нас и вампанцев.
– Хмыкнула Арра.

– Во время войны между кланами все спокойно.- Сказал Курда.
– Члены обоих кланов не желают вступать в конфликт и прячутся, ожидая его окончания. Мне было нечего делать, вот я и решил помочь этим людям. Я помогал, как только мог и долго спасал людей из стран, захваченных фашистами. Но в последнее время я помогал раненым вроде этих.

– Кого ты спасал?
– Спросил Лартен.
– Солдат? Членов правительства?

Курда покачал головой и остановился около кровати, где мужчина в одежде доктора вытирал лоб больной девочки. Мужчина был бледен и выглядел нездорово. Он был весьма худым, а по его коротким волосам было видно, что его недавно брили налысо. Лартен заметил на руке мужчины вытатуированные буквы и цифры.

– Как она, Джеймс?
– Спросил Курда.

– Не очень.
– Вздохнул тот.
– Она сражается, но…

– Это Джеймс Ово.
– Сказал Курда вампирам.
– Он был со мной последние несколько месяцев. Он хороший друг и более чем приемлемый доктор.

– Я бы так не сказал.
– Хмыкнул Джеймс.

– Вы предпочли бы заниматься чем-то другим?
– Спросил Лартен.

– Да. Я был могильщиком, как мой отец и дед. Я надеялся, что сыновья пойдут по моим стопам, но… - Его лицо помрачнело, и Курда сжал его плечо.

– Вы слышали о концлагерях?
– Спросил Курда, отходя от кровати.

– Только слухи.
– Кивнул Лартен.
– Я не обратил на них внимания. Каждый раз, как начинается война, слышишь всякие россказни.

– На этот раз это правда.
– Сказал Курда.- И, скорее всего, истина гораздо страшнее, чем то, что ты слышал.

Он начал было рассказывать им о том, что происходило с такими, как Джеймс Ово и его сыновья, но тут же замолчал. Здесь было не место обсуждать подобные ужасы.

– Ну, так теперь, когда вы здесь, надеюсь, вы поможете мне.
– Сказал Курда.
– Я работал, сколько мог, но мое горло пересохло. Если вы не против помочь парой плевков…

– Зачем?
– Спросила Арра.
– Это не наша война и не наши люди. Какое нам до них дело?

Курда нахмурился, но промолчал. Арра не была бесчувственной. Многие вампиры рассуждали именно так. Люди никогда не помогали клану во время беды, и клан отвечал им тем же.

Но Лартен вспомнил Первую Мировую Войну и ту ночь, когда он отвел группу солдат к их окопу. Он видел это как начало своего искупления. После того, как он убил множество невинных людей на корабле, державшем путь в Гренландию, он долго думал, что никогда не сможет расплатиться за свои преступления. Он все еще не был в этом уверен, но после того, как он спас тех солдат, он впервые почувствовал, что еще не все потерянно. Он не посвящал себя хорошим делам после той ночи – это был не его стиль. Но сейчас он увидел возможность помочь и ухватился за нее.

– Скажи мне, что делать.
– Прошептал он.

Арра уставилась на него, а он лишь пожал плечами и сказал: “Друзья других вампиров - мои друзья”.

Арра вздохнула и набрала слюны.

– Ладно, глупец.
– Сказала она Курде.
– Покажи нам, где плевать!

*

Они работали до полудня, прячась от солнца во мраке здания. Джеймс Ово и несколько других помощников ушли рано утром и вернулись с еще несколькими ранеными. Двое из вчерашних пациентов скончались, а один выздоровел и его отпустили.

И работа продолжилась.

Отдыхали они на кроватях в подвале. Курда извинился, что не может предоставить гробы, так как сам редко спит в них.

– И почему меня это не удивляет?
– Хмыкнула Арра, вонзая зубы в батон хлеба, который ей дал один из помощников. Увидев, что Лартен не ест, она остановилась.

– Ты не голоден?
– Спросила она.

– Мы можем продержаться на крови, которой здесь много.
– Сказал Лартен.
– Людям нужна еда, а ее как раз мало.

– Не думала, что ты такой сентиментальный.
– Сказала Арра, но все же отдала свой хлеб пациентам.