– Ее тоже нет. Они бежали! Видимо, ночью, пока ты представлял во сне, как забавляешься с моей женой. – Эфин сел на кровать и обхватил голову руками, он явно был расстроен, но не как тот, кто потерял свой трофей, а как тот, кто переживает сердцем.

– Я здесь ни при чем, брат, – пробубнил Фарон и задумался.

– Учти, если это твоих рук дело, я лично четвертую тебя.

Но, Фарон сразу же пришел в себя и спросил:

– Стоит ли так переживать? Она сбежала, а значит, нарушила уговор. Можешь собирать войско и идти в Мазарат.

Но Эфин лишь оскалился и вышел из шатра. Великий воин был растерян, он впервые не знал, что ему делать, ведь в его душе зародились чувства, которые терзали каждый день и каждую ночь. Эфин уже давно ложился спать с образом Амены перед глазами, а, просыпаясь, мечтал увидеть ее. Этот номар был груб, жесток и переполнен ненавистью ко всем, кто встречался ему на пути, но только не к ней. Не зная и не понимая тех необычных чувств, которых никогда не было раньше, Эфин мучился и презирал себя, однако не мог перестать думать о дочери Правителя Мазарата.

Зайдя в покои своей сбежавшей жены, он взял ее шелковый шарф и сел на кровать. Перебирая в руках этот кусочек ткани, который так нежно пах ее телом, Эфин вспоминал все, что сделал, но самое главное, вспоминал то, что сделал не так - бросил Амену здесь, в деревне кишащей дикими монстрами, потерявшими контроль и жаждущими лишь насилия и крови. Но спустя пару часов он встал и направился к брату, Фарон тем временем обследовал путь, которым ушли крианки. Двое встретились на дороге, ведущей в деревню:

– Что скажешь?– Эфин со злостью в глазах смотрел на него.

– Они ушли ночью, пробрались на пастбище и взяли двух лошадей, затем еще какое-то время шли по дороге, но потом оседлали аттаринов и направились к лесу.

– Что дальше?

– Дальше они разошлись. Амена направилась в восточную часть, а служанка в южную. Как думаешь, куда они направляются?

– Не знаю, но разными путями они не пойдут, а значит, должны где-то встретиться. Им известен только тот путь, которым мы прибыли сюда.

– И ты будешь ее искать? – Фарон казался спокойным, но его спокойствие было лишь внешним, а внутри него все кипело, так как он тоже желал Амену и каждую ночь представлял ее в своих руках. – К чему это все?

– Она моя жена, тем более у нас уговор.

– Кого ты пытаешься обмануть, Эфин? – он засмеялся. – Причина уже давно не в этом треклятом перемирии, а в ней, в Амене. Тебе нужна она.

Тогда Эфин подошел вплотную к брату и, обнажив клыки, произнес:

– А разве тебе она не нужна? А? Фарон? Не ты ли протянул к ней свои грязные лапы?

– Да! Нужна! – Фарон так же оскалился. – Амена знает, для чего ты ее держишь здесь и что хочешь получить. Тебе нужны лишь полукровки, которыми ты заполняешь Тарон, а она идеальный вариант, здоровая и красивая крианка, наследница критти, в ее венах течет кровь этих кочевников, которым не было равных в хитрости и жестокости. Даже номары веками содрогались перед топотом копыт их лошадей, оставляли свои земли и бросали добычу, лишь бы миновать столкновения. Хочешь создать непобедимую армию, забыв о том, кто ты есть? Знай Эфин, номары не будут долго ждать, их терпение на пределе.

Но Эфин отошел от брата и направился к своему коню, а оседлав, сказал напоследок:

– Следи за деревней. Надеюсь, с этим ты справишься, и номары не разбегутся от тебя под покровом ночи. Я найду ее и вернусь, тогда и решим, кто из нас ей нужен больше.

И уже через несколько минут Эфин скрылся из виду, а Фарон остался стоять, провожая взглядом брата, но в его душе зародились большие сомнения.

Глава IX

Сразись со мной!

Мы движемся уже несколько часов, но до реки путь не близок, поэтому пришлось остановиться у попавшегося на глаза ручья, и дать возможность моему коню напиться. Аттарины могут долгое время обходиться без еды, но вода для них очень важна, без нее эти могучие животные слабеют и теряют скорость. Пока мой конь жадно вбирал воду в свою пасть, я присела у ручья и умылась. Сквозь деревья проглядывало солнце, его лучи мелким бисером рассыпались по травяному ковру, отчего вся земля блестела и переливалась. Вокруг нас раскинулись густые леса, которые казались бесконечными и одинаковыми, любой неопытный путник мог заблудиться здесь в считанные секунды, я тоже плохо знала здешние места, но отчетливо помнила направление ветра и цвет коры деревьев, она была красноватая с той стороны, откуда мы пришли, а значит, я следую правильным путем. Надо лишь набраться терпения и не терять надежды.