Чем это грозило? Физически — ничем, пока в реальности сквозь неподвижную толпу сюда не пробились управленцы. А вот мысленно… Программа мыслеподдержки бонуса вполне могла усилить «нажим» и лишить «предателя» воли.

Рука Волка сама потянулась к заветному кулону блокиратора. Терять лейтенанту было нечего.

— Брось оружие!

Офицер ударил ящера пяткой в бок, и тот, недовольно заворчав, остановился. Уродливая морда ездовой рептилии покачивалась из стороны в сторону совсем близко от лица Волка. Солдаты обошли лейтенанта с флангов и выставили перед собой мечи. Полностью окружить «предателя» им помешали две сцепившиеся колесами боевые повозки. Володя сделал еще пару шагов назад и прижался спиной к толстому пластиковому борту одной из них.

— Нет! — Он решительно поднял над головой меч и прикрылся щитом.

— Как знаешь… Волк. — Офицер повелительно взмахнул длинным мечом, и солдаты с арбалетами сняли с плеч свои тяжелые стреляющие машинки.

— Кто вы? — Володя опустил меч.

— Брось его, — снова приказал офицер.

Лейтенант подчинился. Убежать он не надеялся. Мысленно скакать по пустому игровому полю через трупы, груды хлама, оставшегося от боевых колесниц, и прорытые молниями колдунов канавы — только ноги ломать, то есть сбивать набекрень мозги. А играть дальше не имело смысла. Армия Ориона уже ликовала, разнося в пух и прах лагерь тирана Цефея и сгоняя в кучу разоруженных пленных. Премьера подходила к концу, бонус-игра для зрителей тоже. Оставалось включить блокиратор, но, похоже, Волк опоздал и тут.

— Включить СРВ-отсечку, — приказал офицер. — Радиус — десять метров.

— Оштрафуют, — негромко заметил один из «ландскнехтов». — Фильм еще не закончился. Половина зрителей любуется полем битвы.

— На пять секунд, — уточнил офицер.

— Даже на пять нельзя, — заупрямился пехотинец. — Узнают продюсеры, с Арзамасова погоны снимут, а он с нас.

— Выполнять! — рявкнул всадник.

— Как скажете. — Солдат бросил на землю арбалет, зеркальный щит и покопался в переброшенной через плечо холщовой сумке…

…Пять секунд реального видения ситуации убедили Володю, что все не так плохо, как внушали мыслепроекторы фильма. Все гораздо хуже. Перед ним на земле в луже крови действительно лежал человек с проломленным черепом. Молодой парень с длинными русыми волосами. Его голубые глаза смотрели в небо удивленно и чуть обиженно. И самое печальное заключалось в том, что парень был одет в униформу спецподразделения национальной гвардии.

Лейтенант перевел взгляд на конвой. Все десять «ландскнехтов» стояли поблизости, но не зачарованными столбами, как прочие зрители, а целясь в лейтенанта из боевого оружия. На троих была та же черная форма. Еще семеро, включая офицера, были в гражданском. Но слишком уж в одинаковом гражданском. Легкие пиджачные пары и штатные серьги подключения к «Мегаполису». И строгие прически. А еще излучатели «МК-32». И цепкие, враждебные взгляды. У всех.

Вернее, почти у всех. Кроме «всадника», который в реальности, естественно, тоже стоял напротив Волка, а не сидел верхом на ящере. Стоял и смотрел внимательно, но не враждебно. Скорее с сочувствием.

— Я не понимаю… — На исходе пятой секунды Волк успел взглянуть под ноги и убедился, что там на самом деле валяется реальное орудие убийства и это не пластиковая палка, а действительно металлический клинок. — Колода, что происходит?..

…— Это ты мне скажи. — Колодяжный спрыгнул с ворчливого ящера и поднял забрало сверкающего шлема.

Программа, видимо, по просьбе Управления, оставила капитану собственное лицо. Украшенный плюмажем шлем и рыцарские доспехи не вязались с его не слишком аристократичной внешностью. На мгновение Володе даже стало смешно. Колодяжный заметил мелькнувшие в глазах бывшего коллеги искорки и нахмурился.

— Напрасно ты веселишься. Скажу честно, многие ребята до последней минуты были на твоей стороне. Потому и ловили вашу компанию с ленцой. А вот теперь…

Он взглядом указал на тело спецназовца — восстановившийся мыслетрек фильма снова превратил его в погибшего офицера армии Ориона.

— Это несчастный случай, — попытался возразить Волк, беспомощно оглядываясь. — Я сам не понимаю, как это вышло!

— Где ты взял вибромеч?

— Ах, вот в чем дело, — сообразил Володя. — Я-то мучаюсь, почему он выглядит как игрушка, а рубит как настоящий.

— Не уходи от темы. — Колодяжный носком ботинка отбросил меч Волка подальше в сторону и достал из кармана (в формате игры, казалось, прямо из доспехов) реальные наручники. — Давай грабли.

— Может, не надо? Я все осознал.

— Ты знаешь правила… — Наручники мигнули зеленым светодиодом и раскрылись. — Ты имеешь право молчать… — Капитан сделал еще один шаг и приблизился к Волку вплотную. — Имеешь право на мыслесвязь со своим адвокатом или доверенным лицом. Все, что ты произнесешь вслух, может быть обращено…

Все. Дольше медлить было нельзя. Получится или нет — неважно. Володя сгруппировался и прыгнул вверх и назад, выгибаясь, словно брал высоту в прыжках без шеста. Одну «боевую телегу» перемахнуть ему удалось, а вот вторая оказалась прямо там, где он рассчитывал упасть. Причем упасть он намеревался на спину или на руки. А затем быстро перекатиться, встать — и бегом. Зигзагами, чтоб не подстрелили. Теперь получалось, что в первую очередь следует заботиться о другом. О том, чтобы не сломать шею в момент столкновения с этой проклятой колесницей.