— Я не собираюсь злить тебя, таким образом, снова.

Подо мной его грудь тяжело поднялась и опустилась.

— Хорошо.

— Знаю, чтобы научиться кому-то доверять, нужно много времени. Но между тем, мне нужно, чтобы ты, по крайней мере, верил мне на слово.

— Я знаю, — голубые глаза смотрели на меня с настороженностью.

Я села повыше и дотянулась до губки на краю ванны.

— Позволь мне немного помыть тебя.

На его челюсти был темный синяк. Кровь запеклась под носом и около рта. Большой красный след появился на ребрах.

— Ты должен показаться врачу, — сказала я.

— Ничего не сломано.

Осторожно я вытерла кровь с уголка его рта и под носом. Видеть, как ему больно, было ужасно. От понимания, что я причина все этого, мой желудок скручивало.

— Скажи мне, если я нажимаю слишком сильно.

— Все хорошо.

— Мне жаль, что тебе причинили боль. Сегодня в баре и в Вегасе. Я не хотела, чтобы это случилось.

Его взгляд смягчился, а руки заскользили по мне.

— Я хочу, чтобы ты вернулась в ЛА со мной. Хочу, что ты была со мной. Я знаю, что твоя учеба, в конце концов, начнется, и нам надо будет что-то решать. Но что бы ни случилось, я не хочу, чтобы мы разлучались.

— Мы не будем этого делать.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Меня разбудил утренний свет. Я повернулась и потянулась. Дэвид лежал на спине возле меня и крепко спал. Его рука была на лице, прикрывая глаза. Быть здесь с ним, в моем мире все было правильно. И к тому же все было выставлено на показ. Он скинул с себя простыню ночью. Таким образом, утренний стояк оказался правдой. Вот так дела. В этом Лорен была права.

Я широко улыбалась как чокнутая, когда проснулась рядом с ним с обручальным кольцом, вернувшимся обратно на мой палец. Конечно, пробуждение рядом с голым-приголым Дэвидом заставило бы улыбнуться кого угодно. Между ног слегка побаливало после прошлой ночи, но не слишком сильно. Этого было недостаточно, чтобы отвлечь меня от вида моего мужа.

Я переместилась чуть ниже по кровати, на этот раз оценивая его не спеша. У него не было большого пупка. Было маленькое углубление и тонкая дорожка темных волосков, ведущая вниз по его плоскому животу непосредственно к нему. А он был твердый, толстый и длинный.

Это был его пенис, конечно.

Хм. Нет, это звучит не очень.

Его член. Да, вот так лучше.

Прошлой ночью по его настоянию мы какое-то время сидели в теплой ванне, отмокали. Мы всего лишь болтали. Это было восхитительно. В разговоре больше не упоминалась женщина, которая, очевидно, изменила ему и/или бросила его когда-то в прошлом. Но я чувствовала ее скрытое присутствие. Время прогонит ее через заднюю дверь, я в этом уверена.

Он слегка пах мылом и, похоже, мускусом. Я не замечала раньше, что тепло имеет запах, но именно так пах Дэвид. Теплом, как будто он был чистым солнечным светом. Теплом, уютом и домом.

Я быстро осмотрела его лицо. Его глаза по-прежнему были скрыты под длинной рукой, спасибо боже. Его грудь равномерно поднималась и опускалась. Еще не хватало, чтобы он поймал меня обнюхивающей его промежность, независимо от того насколько поэтичны мои мысли. Это было бы смущение в таком масштабе, который я предпочла бы не испытывать.

Кожа выглядела супергладкой, несмотря на вены, а головка отчетливо выделялась. Он был необрезанный. Любопытство взяло надо мной верх. Вся передняя часть была в моем распоряжении, и вот тут-то я возбудилась. Я нежно положила ладонь на него. Кожа была мягкой и теплой. Осторожно, я обхватила его пальцами. Член дернулся, и я отпрянула, удивленная.

Дэвид разразился смехом, громким и долгим.

Подонок.

Смущение было плотиной, которая прорвалась внутри меня. Жар опалил мою шею.

— Извини, — сказал он, дотягиваясь до меня своей рукой. — Но ты должна была видеть свое лицо.

— Это не смешно.

— Малыш, ты не поверишь, как это было чертовски забавно, — он обхватил пальцами мое запястье, подтягивая меня вверх к себе. — Иди сюда. Ой, кончики твоих ушей полностью розовые.

— Нет, не розовые, — пробормотала я, ложась ему на грудь.

Он провел рукой по моей спине, все еще хихикая.

— Все же не позволяй этому оставить отпечаток на всю жизнь. Мне нравится, когда ты трогаешь меня.

Я неопределенно вздохнула.

— Ты же знаешь, такое будет случаться всегда, когда ты играешь с моим членом. Гарантирую.

— Знаю, — изгиб его шеи был удобным, чтобы зарыться в нем пылающим лицом, чем я и воспользовалась. — Это меня застало врасплох.

— Уверен, застало, — он сильнее сжал меня, а потом скользнул рукой вниз, чтобы накрыть ладонью мою попу. — Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо.

— Да?

— Немного больно, — признала я. — И много счастья. Хотя это было до того, как ты грубо надо мной насмехался.