– Мистер Маршал…

– Гарольд, - поправил он.

– Гарольд, я довольно хорошо разбираюсь в людях – это часть того, что я умею. И мне кажется, вы не просто надеетесь, что с Мими все в порядке. Вы словно чего-то ждете, будто знаете что-то, чего не знает никто другой.

Родители Мими переглянулись. В их глазах я четко видела сомнения. Они не знали, могут ли мне доверять.

– Давайте посмотрим, смогу ли я помочь, - предложила я.

Нерешительно кивнув, мистер Маршал дал мне знак продолжать.

– Хорошо. Итак, несколько недель назад Мими стала странно себя вести, но не поделилась с вами, что ее беспокоит.

– Все верно, - сказала Ванда, стискивая лежавшую на коленях сумочку. – Я пыталась достучаться до нее, когда она к нам приезжала. Первого числа каждого месяца она привозит к нам с ночевкой детей. Но она… она… - Голос Ванды оборвался, и она замолчала, чтобы приложить к увлажнившимся глазам салфетку. Муж одной рукой накрыл обе ее ладони.

– Но она кое-что вам рассказала. Может быть, тогда это показалось странным, однако, когда она исчезла, вы сложили два и два.

Ванда ахнула:

– Так и есть, рассказала. А я не поняла… - и снова не смогла договорить.

– Можете рассказать мне, что именно она говорила?

Миссис Маршал опустила глаза, не торопясь выкладывать все, что ей известно. Я чувствовала: ей хочется мне довериться, но после того, что сказала ей Мими, она все и всех подвергает сомнениям.

– Ванда, - проговорила Куки, наклонившись вперед с заботливым выражением лица, - если на этой планете и есть человек, которому я бы доверила свою жизнь, то это сидящая перед вами женщина. Она сделает все, что в человеческих силах – и даже немного больше, – чтобы вернуть вашу дочь в целости и сохранности.

Это самая приятная вещь, какую когда-либо говорила обо мне Куки. Позже мы с ней потолкуем о комментарии по поводу «немного больше», но ведь ничего плохого она не имела в виду. Я должна повысить ей зарплату.

– Продолжай, милая, - подбодрил жену Гарольд.

Вздохнув, Ванда сглотнула, перед тем как заговорить:

– Она сказала, что когда-то давно совершила ошибку, сделала что-то ужасное. Я с ней спорила, убеждала, что все это уже не важно. Она же настаивала, что за все ошибки приходится платить. Око за око. – Ванда посмотрела на меня с таким отчаянием, что сердце екнуло. – Не хочу, чтобы она попала в беду. Что бы она, как ей кажется, ни сделала, это была просто ошибка.

– Вот почему мы считаем, что она исчезла сама, - добавил Гарольд. – Что она все спланировала и сейчас в безопасности.

– Однако она никогда бы не бросила Уоррена и детей без очень веской на то причины, мисс Дэвидсон. Если она это сделала, то только потому, что, по ее мнению, у нее не было выбора.

Гарольд кивнул в унисон с женой. Я была рада, что они не подозревают Уоррена. Похоже, они ему слепо доверяли. Но мне казалось, они должны знать, что происходит.

– Очень жаль это говорить, но Уоррена сейчас допрашивают.

На лице Ванды отразилась печаль, однако ответил Гарольд:

– Мы в курсе. Но клянусь вам, он к этому никак не причастен. Что бы ни совершила Мими, она наверняка не хотела его втягивать.

– Мы с Куки считаем, что все это как-то связано с тем, что произошло в старших классах.

– В старших классах? – удивился Гарольд.

– У Мими были тогда враги?

– У Мими? – Ванда мягко рассмеялась. – Она со всеми прекрасно ладила. Такая уж она девочка. Сердечная и понимающая.

– Даже слишком, - подтвердил Гарольд и бросил взгляд на жену, прежде чем продолжить. – Нам никогда не нравилась ее лучшая подруга. Как ее звали?

– Джанель, - подсказала Ванда. Выражение ее лица стало немного замкнутым.

– Джанель Йорк? – спросила я. – Они были лучшими подругами?

– Да, несколько лет. Но эта девочка была дикая. Настоящая сорвиголова.

Обменявшись с Куки быстрыми взглядами, я решила не тянуть кота за известное место:

– На прошлой неделе Джанель Йорк погибла в автомобильной аварии.

Потрясенные лица подтвердили, что родители Мими впервые об этом слышат.

– Господи, - выдохнула Ванда.

– Вы знали Томми Запату? – В маленьких городках все друг друга знают. Уверена, с нашим продавцом машин они были знакомы.

– Разумеется, - кивнул мистер Маршал. – Его отец много сделал для города. Занимался озеленением, ландшафтным дизайном. В основном на кладбище.

Я понимала: мои слова их не обрадуют, но они имела право знать, а мне нужно было выяснить, что происходит.