– Верно. И вы молодец. Но могу я добавить, что мы в одной команде?

Я наклонилась вперед, чтобы придать веса своим следующим словам:

– Единственная команда, за которую я играю, - это команда моих клиентов.

Он понимающе кивнул:

– Значит, если бы вы знали, где она…

– То вам бы не сказала, - закончила я за него.

– Справедливо. – Он склонил голову набок, указывая на мутного, опасного и явно смертоносного, хоть и средних размеров, типа. – А если спросит мистер Чао?

Проклятье. Так и знала, что дойдет до пыток. Я постаралась не стиснуть зубы, не открыть глаза шире даже на ту долю миллиметра, которая считается непреднамеренной реакцией, но с треском провалила задание. Он меня тут же подловил. Понял, что мне не все равно. Но если до этого все-таки дойдет, у меня есть парочка тузов в рукаве. Если не сработают, без боя не сдамся.

Воззрившись на Смита, я сухо проговорила:

– Мистер Чао может поцеловать меня в задницу.

Каменное выражение лица мистера Чао никак не изменилось. Мне пришло в голову, что он с радостью будет меня пытать. Назовите меня сентиментальной, но я, черт возьми, люблю радовать людей.

– Я вас расстроил, - заметил Смит.

– Вовсе нет. По крайней мере пока нет. – Я подумала о Рейесе. О том, как он всегда появляется, когда мне грозит опасность. Появится ли он и на этот раз? Все-таки он на меня злится. – Но одну вещь я точно могу вам обещать: когда я расстроюсь, вы обязательно об этом узнаете. – Пару мгновений я смотрела ему прямо в глаза. – Ну что? Я лгу?

Смит пялился на меня несколько долгих секунд, затем поднял руки в знак капитуляции.

– Я же вам говорил, мисс Дэвидсон, что собрал кое-какие сведения. Я надеялся, мы сможем стать друзьями.

– И поэтому вломились ко мне в квартиру? Не лучшее начало, Фрэнк.

Он ущипнул себя за переносицу и рассмеялся. Черт. Он начинает мне нравиться. Вероятно, я успею садануть ему по яйцам и завалить на пол до того, как до меня доберется Чао. Потом, конечно, из меня сделают отбивную, но, как я и сказала, без боя не сдамся.

Отсмеявшись, Смит смерил меня пристальным взглядом.

– Тогда могу ли я надеяться, что вы бросите расследование? Ради собственной же безопасности, разумеется.

– Надеяться вы, конечно, можете, - я просияла самой широкой, на какую способна, улыбкой, - хотя пользы от этого вряд ли будет много.

– Организация, на которую я работаю, не примет в расчет вашу блестящую индивидуальность, если вы встанете у них на пути.

– Тогда, может быть, придется показать им мою темную сторону.

Глядя на меня, он казался печальным.

– Вы уникальное создание, мисс Дэвидсон. У меня остался только один вопрос. – Пришла его очередь податься вперед. Лицо преобразилось от широкой озорной ухмылки. – Вы безмозглая или сочная?

Мне нужен новый гардероб.

Громкий стук заставил всех нас повернуться к Ульриху. Однако он тоже обернулся и посмотрел себе за плечо. Дверь снова распахнулась, вписавшись в его твердокаменную спину. Понятно теперь, откуда такой звук. Потом еще раз, и еще раз, и опять, и снова, пока Куки наконец не прекратила с криком «Какого черта?». Потом мы услышали кряхтение, когда она пыталась проломиться сквозь блокировавшее путь препятствие.

Ульрих вопросительно посмотрел на Смита. Смит – на меня.

– Это моя соседка.

– Ах да. Куки Ковальски, тридцать четыре года, разведена. Есть ребенок, один, дочь. – Да уж, он действительно сделал домашнее задание. – Впусти ее, Ульрих.

Ульрих отступил в сторону, и Куки с разбегу ворвалась в квартиру, по инерции не сумев вовремя остановиться. Чуть не вписавшись головой в стойку, она резко затормозила и огляделась.

– Привет, Кук, - бодренько поздоровалась я. Куки только переводила взгляд с одного гостя на другого, поэтому я добавила: - Это мои новые друзья. Мы прямо сходу нашли общий язык.

– У них пистолеты.

– Ну, есть такое дело. – Я встала и забрала чашку из ее рук, чтобы налить кофе. Наша общая любовь к райским кофеиновым стартам по утрам породила между нами связь с первого взгляда. Благодаря кофе мы теперь не разлей вода. – Должна признаться, - продолжала я, бросив взгляд на Смита, - не могу с уверенностью сказать, что наши отношения окажутся продолжительными.

Куки все еще глазела на каждого по очереди.

– Потому что у них пушки?

– Мы уже уходим, - сказал Смит, поднимаясь и надевая пиджак.