– ...
– Девушка продолжала молчать, стоять на месте и испуганно на меня смотреть.

– Садись.
– Повторила я свой приказ, от чего Лиз вздрогнула. Пару секунд она не двигалась, а потом я заметила, как она медленно отводит левую ногу назад. Готовится убежать? Но потом она снова замерла. И наконец тряхнув головой, девушка быстро, как будто боясь передумать, подошла ко мне, села на указаное место и зажмурилась.

– Прикуси.
– Проянула я ей толстую деревяшку.
– Будет больно.
– Лиз выполнила приказ и снова зажмурилась. А я стала привязывать ее руки с подлокотникам, а ноги к ножкам стула. Девушка не сопротивлялась, но при этом дрожала всем телом. Страшно ей. Но в этом она вся: может Лиз и не арахнида, но в глубине души она все же рабыня. И я не об ошейнике и послушании, нет. Суть раба не в этом. Суть заключается в том, что рабы живут простой жизнью без забот, в мире где не надо принимать решений и где нет ответственности за принятые решения. Лиз не начинала разговор просто потому что не могла принять решение что ей делать? Остаться со мной, или же уйти. И даже сейчас, будучи прижатой к углу она так и не смогла сказать "нет", предпочтя выполнить данный ей приказ. Не мне ее судить: каждый человек сам за себя решает, или же осознанно отказывается принимать решения. Делает ли это Лиз ущербной? Нет, конечно же! Просто у нее другая жизненная позиция, позиция человека ведомого, который с гораздо большим удовольствием выполнит приказ, нежели его отдаст. И я ей даю именно то, чего она хочет: вечую службу. Может сейчас она еще и не до конца в себе разобралась, но я уже вижу ее суть, и когда-нибудь она тоже ее поймет. А сейчас... Сейчас она наверное утешает себя отговорками. Что-нибудь вроде "мне все равно некуда идти" или "Юки - единственный близкий мне человек, как же я без нее". Пускай. Я тоже много лет ошибалась по поводу своей собственной мотивации. пройдет время и она поймет. И когда это произойдет, я получу вторую идеальную рабыню. Хотя и сейчас я не жалуюсь... Так, нечего отвлекаться! Закончив привязывать Лиз к стулу, я села на второй.
– Кумо, привяжи меня к стулу.
– Приказала я.
– И дай прикусить вон ту деревяшку.
– Арахнида не задавая вопросов кивнула и принялась за дело.

Первая половина ритуала требовала моего контроля, но руки-ноги для этого были не нужны. Нужен был только чистый разум и концентрация. Поверье, что некромантия работает только с нежитью и смертью ошибочно. Некромантия, это гораздо больше, гораздо глубже. Некромантия в основном работает не с нежитью, а с дужами и эфирными энергиями. Мертвая плоть - лишь побочный продукт, материальное воплощение эфирного контура, который создает некромант. Тот же скелет не более, чем груда костей без простейшего эфирного контура. Темный рыцарь? Совокупность душ, вплавленая в металл. Лич? Душа, заключенная в мертвую плоть. Простые люди видят только нежить, но без эфирной составляющей вся нежить - не более, чем гниющая плоть. Однако одно дело, когда ты берешь чью-то душу, и полностью ее изменяешь, о совсем другое, когда оперируешь душой при этом не делая значимых изменений. Это как с бревном: разрубить его пополам очень просто, нужна лишь сила, а вот выстругать из него даже простейшую фигурку - тут уже требуется умение. Вот и сейчас я полностью отстранилась от материального мира, растворившись в потоках энергии над созданой мной фигурой. К счастью вторая половина ритуала происходит без вмешательства некроманта: ни один человек не способен оперировать эфирными энегиями настолько тонко, чтобы бе побочных эффектов отрезать кусок души, а потом вплавить его в другую душу. Сейчас я подключая энергитические нити ко всем ключевым точкам наших с Лиз душ. Все шесть сотен на каждого человека. Одну за другой. Медленно, осторожно... Я не могла себе позволить ошибиться и подключить нить не туда: ошибка может стоить жизни, так что я все это делала медленно, трижды все перепроверяя. Когда же я снова открыла глаза, закончив приготовления, за окном уже стемнело. Устало выдохнув, я напитала фигуру всей необходимой энергией и тут же синхронно с Лиз застонала сквозь деревянный брусок в зубах. Было больно. Очень больно. Но... Но эта боль ни в какое сравнение не лезла с той, что я испытала, открыв вторые врата. И все же приятного мало... К счастью продолжалось это не долго, около десяти минут, после чего я выплюнула деревяшку.

– Кумо, развяжи меня.
– Пробормотала я слабым голосом, и арахнида за секунду срезала веревки. Мир качался, так что я не решилась отпустить стул: так вот, опираясь о его спинку, я и заглянула в лицо Лиз. Без сознания. А, ну да: она же у нас к боли не привычная, как я.
– Кумо. Донесешь нас до спальных мест?

– Как прикажите, госпожа.
– Кивнула девушка и тут же подняла меня на руки. Не став больше сопротивляться, я позволила себе заснуть.

– Мммм...
– Проснулась я от луча солнца, бьющего мне точно в глаз. Сев, и осмотревшись, я поняла, что отлично отдохнула! А Лиз все еще спала. Ладно, не буду ее будить. А? Поздно: девушка зашевелилась и тоже открыла глаза. Осмотревшись по сторонам, ее взгляд упал на меня. Тут она по-видимому вспомнила, что вчера произошло, и сев на своем спальном мешке, задумалась. Наверное пытается понять, изменилось ли что. А вот я уже чувствовала изменения. В Виде чужих эмоций, маячащих на краю сознания. Что там? Растерянность, удивление, немного страха, облегчение.
– Как себя чувствуешь?
– Поинтересовалась я, подходя к девушке и приседая около нее.

– Как и раньше?
– Неуверенно ответила она.

– Хм, а ты чего ожидала? Что половина тела откажется тебя слушаться?
– Лиз немного покраснела.
– Я у тебя позаимствовала совсем немного, разве что другой некромант моего уровня и сможет заметить, что у тебя душа не целостная.

– Ясно.
– Задумчиво кивнула она.
– А что это дает? Ну... Если изменений никаких, то зачем все это?

– Что дает? Как я и говорила, ты не можешь окончательно умереть. Если тебя убьют, то я просто переселю твою душу в новое тело. Только настоятельно рекомендую тебе не умирать.

– Почему? Потому что часть твоей души теперь во мне. И мне совсем не хочется испытать смерть.

– Что?
– Удивилась она.
– Так вы теперь чувствуете то же, что и я?

– Отдаленно, только эмоции и сильные чувства вроде страха, боли, ненаисти.

– Но... Но зачем вам эта грязь? Если вы чувствуете мои негативные эмоции, а для меня изменений никаких, то получается, что вы в проигрыше?

– В проигрыше? Наивная.
– Я взяла ее за подбородок и немного его приподняла.
– Я получила вечную рабыню, которая не предаст, не сбежит, вечно будет рядом, выполнять все мои прихоти. А как ты наверное уже поняла, в этом мире за все надо платить. За тебя я заплатила тем, что буду чувствовать весь твой негатив.
– Вообще этот ритуал берет свое начала из разработок вампиров. Высшие вампиры похожим образом привязывают к себе своих птенцов, а обратная связь нужна для того, чтобы высший не слишком зверствовал, ведь он тоже будет чувствовать результат своих издевательств. Эта самая обратная связь наоборот заставляет вампира заботиться о своих птенцах, кормить их а когда они сами достигают уровня высшего вампира, то эта связь разрушается и обе стороны оказываются свободны друг от друга. Конечно тот ритуал, что я провела во многом отличается от вампирского аналога, например если я вдруг вздумаю пытать Лиз, то почувствую только легкий дискомфорт. Но смерть... Смерть - другое дело. Приглушить боль и шок от смерти невозможно, так что если Лиз умрет, то я это испытаю во всей красе...

– Значит я теперь навсегда с вами?
– Спросила девушка, все так же смотря на меня глазами беззащитной жертвы.

– Именно, моя прелесть. За все эти годы я сильно к тебе привязалась и не позволю, даже смерть забрала у меня такую милую рабыню.
– От моих слов Лиз стремительно покраснела, но так и не сделала попыток отвернуться. Хотя может я просто крепко держала ее за подбородок.

– Как прикажите, госпожа.
– Сказала она тем самым тоном, к которому я привыкла за все эти годы. Наконец-то та угрюмая и подавленая Лиз исчезла, и ко мне вернулась моя настоящая рабыня. Я улыбнулась и отпустила девушку.

– Приготовь нам что-нибудь поесть: через час выдвигаемся.

– Да, сию секунду!
– Улыбнулась она мне, и вскочив на ноги отправилась готовить завтрак. Хаааа... Ну... С собственным окружением разобрались: теперь я могу положиться на Лиз в любых ситуациях. Но если столько сил ушло на того, кто и так ко мне хорошо относился, то сколько же мне предстоит потратить сил и нервов на всех моих врагов?! Хотя с другой стороны с врагами я не собираюсь налаживать отношения, а убить кого-то гораздо проще. Завалившись на спину, я посмотрела в небо. Что меня ждет дальше? Работа на Элиота, конечно же. А там посмотрим: если он не расскажет, где найти Некрономикон в течении года, я пошлю его ко всем чертям: и так уже слишком много времени потратила, пора бы уже и за ум взяться. За ум? Хм, интересная интерпритация "разрушения мира".

Я надеялась, что остаток пути до столицы Империи пройдет без приключений, но похоже кто-то очень меня не любит: нам не дали даже на дорогу к границе выехать!

Место, где я проводила ритуал находилось довольно далеко от "обитаемых" мест, так что я удивилась, увидев впереди караван из двух крытых повозок, сопровождаемый двумя всадниками. Ехали они медленнее нас, так что мы их нагоняли, хоть и не очень быстро. Торговцы? В такой глуши? Да нет, скорее контрабандисты что-то в Империю везут: войны с Империеи давно кончились и охрана границ с обеих сторон давно ослабла, так что ничего удивительного. Нас несомненно заметили, но поскольку никаких агрессивных действий мужики не предпринимали, я решила просто проехать мимо: какое мне дело до контрабандистов? Пускай этим занимаются те, кому за это деньги платят. Приблизившись к повозкам, я кивнула головой сопровождающим их всадникам, те кивнули в ответ, но тоже ничего не сказали. Хотя и посматривали на Кумо с явным любопытством: девушка в своем стиле шагала пешком рядом с нашими лошадьми. Однако дорога, по которой мы ехали была не только заросшей, но еще и узкой, так что для того, чтобы обогнать повозки, нам пришлось съехать на обочину. Тут же раздался хруст ломаемых под копытами лошадей веток, и я вы не обратила на это внимание. В принципе я и не обратила, а вот кто-то внутри повозки, которую я сейчас обгоняла обратил.