– Пойдем, покажу.
– Комендант пошел вперед, а я поспешила за ним: впереди тяжелый день, мне предстоит два сложных ритуала...

– Да, этот подойдет как нельзя лучше.
– Кивнула я, рассматривая простой гранитный булыжник метра два высотой и столько же в дуаметре, если слово "диаметр" применимо в этом случае...

– Что за проклятие-то?
– Поинтересовался комендант, смотря как я смешиваю свои последние ингридиенты, готовя "чернила".

– Проклятие неупокоения. Любой, кто умрет на этой земле тут же поднимется как нежить, в частности зомби. А поскольку никакой связи со мной нет, то новые немертвые будут нападать на ближайшее живое существо. Впрочем я смогу оградить нас от таких посягательств.

– Даже знать не хочу какие еще чудовищные проклятия и ритуалы у вас, некромантов в рукаве.

– Вот и правильно.
– Кивнула я.
– Засыпать будет проще.
– И мило улыбнулась, от чего здоровый мужик передернулся.
– А теперь не отвлекай.
– Закончила я разговор и принялась изукрашивать булыжник рунными письменами. Поскольку проклятие продолжительное, его надо к чему-то привязать, создать якорь, артефакт, в каком-то смысле. Вот эта каменюка им и станет.

Уф-ф-ф... Я наконец бросила кисточку в сторону и села прямо на землю. Четыре часа я потратила на это графоманство: исписала булыжник со всех сторон, и теперь он выглядел совершенно дико. Ладно, хватит разлеживаться... Блин! Ну вот что за невезуха! Тольо этим утром привела себя в порядок, а теперь снова вся измазалась! Тяжело вздохнув, я встала на ноги, и прикоснулась к камню. Осталось только напитать его энергией, что я и сделала. В тот же миг от камня во все стороны подул порыв ледяного ветра, а сам булыжник стал еле заметно светиться загробным, зеленым светом. Готово. Теперь второй ритуал...

– Господин Керд, надеюсь ваши парни сегодня взяли нескольких пленных?

– Да, четверо в тюрьме сейчас сидят.
– Оторвался мужик от увлекательного занятия избиения деревянного манекена деревянным мечом.

– Ну тогда берите троих, и ко мне в подвал! Нечего время тратить, мне нужна ваша помощь.

– Понял, сейчас буду.
– Мужик отложил оружие, вытер пот, и направился к крепостной тюрьме.

– А вот и вы.
– Я как раз заканчивала чертить необходимую фигуру на полу, когда ко мне присоединился Керд и трое крестьян, с клйпами во ртах. Все трое были связаны одной веревкой, конец которой в руках держал комендант.

– Куда их?
– Хмуро спросил он. Я же встала с колен, отряхнулась, потом парализовала начавших дергаться людей, и внимательно осмотрела фигуру. Вроде нигде не ошиблась...

– На вершины треугольника.
– На этот раз никаких стандартных пентаграм. На полу сейчас красовался равносторонний треугольник, вершины которого также являлись центрами окружностей, которые впрочем не касались друг друга. Самое сложное было то, что все линии не были простыми линиями - они все являлись рунными письменами, которые я вырисовывала никак не меньше той пресловутой каменюки. А как же: не только все знаки правильными должны быть, но и геометрические фигуры должны получиться в пределах погрешности...

– Что на этот раз будешь с ними делать?
– Поинтересовался Керд, выполнив приказ, и уложив крестьян внутри кругов на вершинах треугольника.
– И кстати их раздевать надо?

– Нет, раздевать не надо. А насчет их судьбы... Сгорят они.
– Безразлично ответила я, проверяя три красные свечки.

– Пожалуй я никогда не привыкну к твоей безразличности в таких вопросах.
– Я только пожала плечами, после чего по очереди коснулась окружностей, в которых находились крестьяне. Рунные линии засветились, и люди внутри сами по себе встали на ноги и подняли руки вверх, как будто тянулись к солнцу. Я поставила по свече на вершинах треугольника, которые оказались как раз между ног трех жертв. Еще раз проверив все ли в порядке, я зажгла свечи. Пока ничего не происходило, но это только пока.

– А теперь главный ингридиент.
– Сказала я, хлопая коменданта по плечу, после чего он упал на землю, не в силах ни пошевелиться, ни слово сказать. Он хоть и имел дар, но настолько слабый, что даже обычному параличу сопротивляться не мог.
– Тяжелый, зараза.
– Ругалась я сквозь зубы, затаскивая мужика внутрь треугольника. Что я вообще делаю? Поднимаю высшую нежить. А любая высшая нежить, за редким исключением требует живого обладателя дара. Лич, высший вампир, фантом, черный доспех, они все требуют кого-то, способного к магии, так что у меня не слишком большой выбор: либо комендант, либо Винсент, либо Беатрис. По-моему выбор очевиден. Зачем мне вообще понадобилась высшая нежить? Просто только кто-то из них способен контролировать нежить низшую: если ее буду контролировать я, то я и ходить-то нормально не смогу, не говоря уже о прорыве осады. А нести себя я никому не позволю. Не доверяю я чужим способностям меня защитить. Керд конечно мужик хороший, но... Жизнь такая штука... Никогда не знаешь, как умрешь.

Затащив коменданта внутрь рунного треугольника, я утерла пот, и в который раз все проверила. Нет, ошибок нигде нет, все должно пройти как надо. На этот раз я коснулась треугольника, который тут же засветился стандартным зеленым, а комендант, как и крестьяне сам по себе встал на ноги и поднял руки вверх. Пора начинать. Глубоко вздохнув, я начала нараспев читать выученое заклинание, и при первых его звуках свечи ярко вспыхнули, огонь стал зеленым, а фитиль стал сгорать настолько быстро, что через пару секунд свеч не осталось, остался лишь зеленый огонек, плавающий в воздухе. Я продолжала читать заклинание, и эти три огонька разгорались, и вскоре стали настолько большими, что зажгли крестьян. И вот только этот огонь не сжигал их одежду и плоть, а скорее расщеплял: никакого почернения или дыма. Там, где плоть людей лизал зеленый огонь, она опревращалась в пыль, и начинала кружиться внутри кругов в которых находились люди. Не обращая на это внимания, я продолжала с заклинанием, и теперь настало время Керда. Ему была уготована пожалуй худшая участь: его одежда, вместе с плотью стала таять, плавиться, и в течении десяти минут одежда, кожа, мясо, органы, все, из чего состои человек превратилось в красноватую жижу на полу. Остался один скелет, но и он начал плавиться. Еще пять минут и внутри треугольника остался лишь едва заметный бледный силуэт человека. Его душа. Да, высшая нежить требует не только искру магии, но и душу. Опять же за одним исключением в виде личей. Но личи это вообще отдельная история... Заклинание вошло в последную стадию, и сейчас весь тот "пепел", в который превратились трое крестьян ворвался в пространство треугольника, и закружился в бешеном вихре, который все уплотнялся и уплотнялся, потом разделился на несколько вихрей поменьше и поплотнее, потом снова и снова. Со временем эти вихри стали напоминать скелет человека, и чем дальше, тем больше. И в конце концов бешеное вращение прекратилось, оставив в центре треугольника простого скелета с ненатуральным, зеленоватым оттенком костей. Однако когда рунные фигуры погасли, скелет "ожил". В глазах, как обычно зажегся зеленый огонь, вот только зажглись не только глаза... Весь череп и обе кисти объяло зеленое пламя.

– Ты меня слышишь?

– Да, госпожа.
– Раздался гортанный голос, но челюсть скелета при этом даже не пошевелилась. Неприятное ощущение. Но в остальном ничего так костяной лич получился, качественный. По крайней мере внешне.

– Чувствуешь другую нежить?

– Триста пятьдесят три единизы зомби. Двадцать единиц фантом-скелетов.
– Отрапортовал он.

– Я передаю тебе контроль над ними.
– После чего перебросила нити управления и подпитки своему новому слуге. Теперь не надо беспокоиться ни об управлении, ни о подпитке остальных. По крайней мере пока я подпитываю костяного лича...