Нет. Плохая Макс. Ты же с Мейсом. Соберись.

Должно быть, я забыла поставить будильник перед сном.

Будильник был важен, но хоть убейте, я не могла вспомнить, почему. Я посмотрела на Кейда, а его глаза остановились на одеяле, которое я сжимала в руках и держала на уровне груди. По спине у меня пробежал холодок, вызвав мурашки. Я шевельнулась и, возможно, слегка повернулась к нему голой спиной. Я увидела, как его взгляд скользнул по изгибу моего позвоночника, и он сглотнул.

Черт меня дернул это сделать.

А под чертом я имею в виду свою матку.

Он шагнул ко мне, и несколько секунд я радостно улыбалась.

А потом я вспомнила, почему будильник был так важен… и почему он вообще здесь находится.

День благодарения.

День благодарения плюс мои родители.

День благодарения плюс мои родители и плюс обнаженная я в комнате с Кейдом.

И все это равнялось катастрофе.

Забыв о своем плане обольщения, я соскользнула с кровати, осторожно придерживая одеяло вокруг себя.

– Блин. Сколько сейчас времени?

Он вытащил из кармана телефон.

– Почти девять.

БЛИН.

И в этот момент в квартиру позвонили. Сквозь дверь я услышала мамин голос:

– Маккензи, милая!

И тогда, потому что я такая тупица, что забыла запереть квартиру, я услышала, как дверь открылась, а за этим последовало:

– Дорогая?

Как в каком-то отвратительном фильме ужасов про зомби, когда ты слышишь, что они приближаются, но тебе некуда спрятаться. И ты должен просто смириться с тем, что они сожрут твои мозги.

Мама была зомби, и если она войдет сюда и обнаружит меня голой с парнем, даже с Золотым Мальчиком, то устроит из наших мозгов барбекю.

– Э-э, мам, подожди минуточку!

Блин. Я собралась провести руками по волосам, но забыла, что держала одеяло, которое тут же соскользнуло вниз.

Кейд подавил возглас и отвернулся. Моему пронизанному гормонами телу действительно понравился этот звук, но сейчас было не время!

Блин. Блин. Блин. Блин.

Должно быть, что-то я все-таки произнесла вслух, потому что Кейд сказал:

– Все хорошо. Я выйду и поговорю с ними, пока ты приводишь себя в порядок.

– Ты не понимаешь! Если ты выйдешь из моей комнаты, а я пойду принимать душ, то мои родители решат, что мы вместе спим.

– Так не принимай душ. Ты и так красивая.

Его глаза скользнули вниз к моему одеялу, и он даже не выглядел огорченным. И куда делась вся вина?

Спокойнее, девочка. Еще не время.

– От меня пахнет дымом, алкоголем и потом, что очень плохо. Кроме того, после сна мои волосы выглядят как после секса.

Он подошел и положил руки мне на плечи. Этот жест должен быть обнадеживающим, но прикосновение голой кожи к другой голой коже совсем меня не расслабило. Как бы это ни было извращенно, но вся эта ситуация по-прежнему меня заводила. Какой-то части меня нравилось, что нас могут застукать, несмотря на то, что по сути “нас” и настоящего секса не было.

– Я скажу им правду, - сказал он.
– Что ты проспала. Я только пришел.

– Ага. Как будто они поверят.

Его большие пальцы нежно погладили мои плечи, и мое тело обмякло.

– Я сделаю так, что они поверят. Обещаю.

Он отошел, будто только что не ласкал мою голую кожу, а я не стояла обнаженная под одеялом. Его выражение лица было спокойным и непроницаемым. Как будто его это вообще никак не затронуло.

Разве некоторые мужчины относятся к разным видам? Разве у них разные ДНК, позволяющие им быть гораздо лучше остальных парней?

Я с трудом подавила желание снова скинуть одеяло, чтобы вызвать у него реакцию. Я закрыла глаза и кивнула. Я держала их закрытыми, пока он выскользнул из комнаты, чтобы я не совершила никакую глупость. Я стояла, застыв от возбуждения, несмотря на то, что слышала, как он приветствовал моих родителей.

Это будет долгий день.

Кейд

Уже второй раз в этой квартире в самое неподходящее время у меня возникает очень неловкая ситуация.

Если бы у меня был выбор: столкнуться вот так с родителями Макс или прыгнуть в действующий вулкан, - мне бы пришлось составить серьезный список всех за и против.

Я подождал несколько секунд, чтобы сосредоточиться, хотя знал, что этого времени никогда не будет достаточно, чтобы выкинуть из головы образ Макс. Она изысканна, а мое самообладание в данный момент было всего лишь тонкой линией. Даже сейчас я боролся с желанием вернуться к ней и поцеловать, что не помогало мне решать другую возникшую проблему.