Кто знает, возможно, Бет необходимо сегодня куда-нибудь сходить.

— О, это так плохо. Может в следующий раз.

— Определенно, — говорю я, надеясь, что это правда. Харпер является примером того, какой должна быть мама; что не так с моей?

— Ну, была очень рада встретиться с тобой, Лиззи. Я надеюсь, ты скоро снова к нам заглянешь.

— Обязательно, — обещаю я. Спасибо за печенье.

Харпер уходит, а мы с Шоном ещё ненадолго задерживаемся в студии.

— Твоя мама такая милая. И нормальная.

Шон обнимает меня и смотрит в глаза.

— Я обещал не поднимать эту тему сегодня, но если ты правда думаешь, что у твоей мамы проблемы, ты должна серьёзно с кем — то поговорить. Я имею в виду, это не обязательно должен быть кто-то… официальный, — он останавливается. — Ты бы могла просто рассказать кому-нибудь… вроде моей мамы?

— Не могу, — говорю я без промедления, жестко. — Я не хочу…просто не могу. Я делаю глубокий вздох. — Пока нет, во всяком случае.

Я чувствую, что мне необходимы ещё ответы, прежде чем я смогу задать маме какие — либо вопросы, что вопросы должны возникать у моей семьи, а не внешнего мира.

— Тебе действительно надо уйти? Потому что мне кажется, что пицца звучит неплохо.

— Разве не твоя мама готовит ужин?

— Она не будет против, — говорит он, пожимая плечами. — Она, вероятно, сама планировала заказать пиццу. Я принесу ей немного.

— Дай мне позвонить Бетси и убедиться, что это нормально, что я ещё не дома.

Шон смотрит на меня с весельем, я не совсем уверенно улыбаюсь.

— Это её время, не моё.

Бетси не против, а Харпер, кажется, в восторге от идеи с пиццей, так что мы с Шоном отправляемся за едой. Мы садимся в мою машину, потому что его припаркована в хорошем месте. Он указывает мне направление к пицце в Университетском городке.

— Мы не можем поехать в моё любимой место, Дейв там работает.

— Ах, страшный Дейв, — говорит Шон. — Элла весело провела время на танцах?

— Наверное, да. У меня было не много шансов поговорить с ней об этом.

— Ты весело провела время на танцах? — спрашивает он, глядя на меня, прежде чем установить музыкальный диск.

— Так весело, как никогда прежде, — честно отвечаю я. — Спасибо тебе.

Мы подъезжали к пиццерии, когда мой телефон зазвонил.

— Возвращайся! — шепчет Элла. — Мама дома!

— О боже! — кричу я. Машина позади меня гудит, потому что я просто остановила машину посередине дороги. Я подаюсь вперед и в сторону. — Почему?

— Понятия не имею. Я прячусь в твоей ванной комнате. Я прибежала сюда, когда мы услышали, что ворота открываются и увидели, что это она. Бет спустилась и сказала ей, что я пошла есть мороженое с Дейвом.

— О боже! — говорю я снова. — Она узнает.

— Нет, не узнает. Просто притворись мной, когда вернешься домой. И, к тому же, не ты ли та, кто за риск в последнее время? Не ты ли та, которая сказала, что "мама тоже лжет, так что кого это заботит?".

— Это другое, когда я единственная, на кого собираются наорать… — говорю я выдыхая. — Но я предполагаю, что если она узнает меня, то сегодня та самая ночь.

— Хорошо. Если я услышу, что у вас проблемы, то я спущусь. Если ничего не случится, то я переночую в твоей спальне, а ты спи в моей.

— Хорошо, — говорю я, хотя чувствуя себя не очень хорошо из-за плана.

Мы отключаемся, и я передаю всё Шону, который выглядит немного чересчур возбужденным из-за перспективы, что всё откроется.

— Всё будет хорошо. Хочешь, чтобы я пошел с тобой?

— Нет. Это может сделать всё только хуже.

Он открывает дверь и начинает выходить.

— Куда ты собрался?

Он тепло улыбается.

— Я вернусь обратно на автобусе. Мне нужно взять пиццу для мамы, а ты должна обратиться к музыке. Мне кажется, ты почувствуешь себя лучше после неё.

— Я надеюсь, ты в порядке.

Шон возвращается в машину и целует меня в щёку.