– Зачем?
– хмуро спросил эльф.

– Что 'зачем'?
– не меньше моего удивился Кедэс.

– Зачем ты натравил на меня своих недооборотней?

– Ну-у, жизнь такая скучна, вот я и пытаюсь найти в ней хоть что-то интересное и веселое.

Не, ну надо же сволочь какая! Значит, для него жизни других ничто, лишь бы только ему поднять настроение. Я разозлилась не на шутку. И очень кстати, мне вспомнились приемы самообороны, которые я изучала, правда, еще в школе. Но будем надеяться, что мышечная память будет покрепче. Я быстро прокрутила в голове нашу ситуацию, вспоминая, чему меня учил наставник. Переступила с ноги на ногу, незаметно придвигаясь ближе к ногам мужчины. В сапогах, что выдал мне Мик, каблуки были хоть и не большие, но подбиты металлическими набойками. Я подняла ногу и с силой опустила ее на стопу мужчины. Тут же замахнулась и заехала ему локтем в живот. Скорее от неожиданности, чем от боли, он ослабил хватку, выпуская меня из рук. Я схватила его за руку и перекинула через себя, используя его вес против него же. Все вроде бы было правильно, вот только я не все учла. Кедэс падая, перехватил мою руку и потянул меня за собой. Поэтому через секунду я красочно распласталась прямо на нем сверху. Он крепко прижал меня к себе.

– Неплохая была попытка, - мужчина улыбался.

– Черт, - выругалась я. Пытаясь подняться, я неуклюже заерзала на нем.

– Какая смелая девочка, - искренне рассмеялся он.
– Дай минуту, я улажу дело и удовлетворю все твои желания.

– Ага, счас, козел, - вызверилась я, но ерзать все же перестала.

– Кристл, знаешь, я, наверное, заберу у тебя и амулет, и девочку, - нагло заявил мужчина, вольготно поглаживая меня по спине.

– Тогда месть драконов покажется тебе легкой забавой и более приятным развлечением, чем...
– эльф хмыкнул.

– Чем месть гильдии или твоя?

– Нет, чем ярость этого сокровища, которое ты так нежно сжимаешь в своих объятьях. Эта красавица сведет тебя с ума в первый же день, - язвительно выдал эльф, а я заскрипела зубами.

– Ах ты, зараза остроухая, - закричала я, ловко, как змея, выворачиваясь из рук мужчины. Я тут же проворно откатилась в сторону, но он успел схватить меня за руку.

– Не так быстро, милая, - засмеялся мужчина, вставая на ноги и поднимая меня за собой.

Он дернул меня на себя, а я крепко зажала в другой руке кинжал, который успела поднять. Я собственно, и откатывалась в сторону только потому, что заметила там свое оружие. Правда, тогда я еще не представляла, как смогу им воспользоваться. Но когда Кедэс резко дернул меня на себя, я подняла кинжал. Мы оба не ожидали, что такое может произойти, и теперь оба тупо пялились на рукоять кинжала, что торчала из его груди. Я нервно сглотнула и подняла глаза. Мужчина мне улыбался. Так нежно, так по-доброму, что мое сердце сжалось, а в горле застрял ком.

– Ты убила меня, девочка, - прошептал он.

Все еще крепко удерживая меня за руку, Кедэс опустился на колени.

– Уходи! Немедленно уходи!
– раздался за спиной крик гнома, но я как завороженная смотрела в лицо мужчины, которого собственноручно убила и за смертью которого сейчас неотрывно наблюдала. Он не вспыхнул белым пламенем, как оборотни, из его раны текла не черная, а красная кровь. И от этого мне становилось только хуже. Глаза защипало от едва сдерживаемых слез. Мужчина поднял руку и ласково прикоснулся к моей щеке, вытирая мои слезы. Я все-таки заплакала.

– Убийца, который плачет над своей жертвой, - улыбнулся он, а из уголка его губ потекла тонкая струйка крови.

Он поднес мою руку к своим губам и поцеловал ладонь, потом легко прикоснулся к запястью. Крик гнома и эльфа слился с моим криком. А потом тьма окутала меня.

– Держись, девочка!
– услышала я такой родной голос.
– Я не позволю тебе уйти и оставить меня. Я вытащу тебя, только потерпи немного.

– Сергей Викторович, давление падает. Пульс учащается.

– Готовь дефибриллятор. Держись, Лия.

Я впервые в своей пусть и не долгой жизни прочувствовала, что такое раздвоение личности. Каждый раз, открывая глаза, я оказывалась, то в своем мире в больнице, где слышала встревоженный голос Сергея Викторовича, то на опушке леса, где переливистое пение птиц заглушали нецензурная ругань гнома и тихое монотонное бормотание эльфа. Мне светило в глаза то солнце неизвестного мира, то яркие лампы операционного светильника. Мне казалось, что я тихо, но верно схожу с ума. И только невероятная боль в каждой клеточке моего тела, которая сменялась почти мертвым оцепенением, не давала мне свихнуться.

Но со временем мои прыжки между мирами становились все реже. Все больше мое сознание погружалось в темноту и сон, и я не знала, где и когда очнусь в следующий раз и будет ли этот самый раз.

У меня неимоверно зачесался нос, и именно этот сильный зуд окончательно разбудил меня. Подняв руку, я удовлетворила свои потребности, то есть с остервенением потерла нос, получая просто немыслимое удовольствие, и осторожно приоткрыла глаза, гадая, что увижу на этот раз. Надо мной склонились темные силуэты высоких деревьев, на черном бархатном небе, что проглядывало из-за черной листвы, мигали яркие звезды, рядом потрескивал костер, и доносились тихие встревоженные голоса. Шевелиться и обнаруживать свое пришедшее в сознание состояние я пока не хотела, наслаждаясь спокойствием и легкостью в теле и голове. Сначала я не прислушивалась к тихому разговору своих попутчиков, но прозвучавшее собственное имя меня насторожило.