– В чём дело, Агнесс? Что случилось? – Эдвард кажется удивлённым, но трудно было сказать, притворяется он или на самом деле не догадывается о правде.

– Кто это написал? – снова спросил он, напрасно стараясь перехватить её взгляд.

– Не спрашивай меня, Эдвард, – ответила Агнесс, снова складывая записку и пряча её в карман. – Когда-нибудь я расскажу тебе, но не теперь. Не спрашивай меня ни о чём, тогда мне не придётся тебя обманывать.

– Но почему?.. Почему ты не можешь сказать, от кого письмо? Или оно…

– Ты не видел подписи; может быть, это и к лучшему. Со временем ты узнаешь, кто его написал. Но обещай мне, Эдвард… Ты согласишься выполнить мою просьбу?

Он кивнул, и тогда Агнесс продолжала:

– Хорошо… Обещай мне, что ты никому не расскажешь о том, что случилось, – ни сэру Альфреду, ни своим сёстрам, ни леди Брэкли. Не говори им, что видел меня здесь. Возвращайся в дом. Я подожду, пока ты уйдёшь, и тоже вернусь к себе, но другой дорогой. Так надо, Эдвард. Сейчас я не хочу, чтобы кто-нибудь видел меня.

– Я никому не скажу об этом, но, Агнесс… Ты же больна. Ещё вчера Лоулесс говорил, что ты не можешь вставать с постели. Мне не хотелось бы оставлять тебя одну.

– Возвращайся в дом! – закричала Агнесс, теряя терпение. – Мне не нужна твоя помощь. Я не просила тебя приходить сюда и следить за мной. Ты не был таким заботливым, когда собирался жениться на Кэрри Энн, и, если бы не сэр Альфред, уже стал бы мужем колдуньи. Возвращайся к ней! Уходи! – Агнесс отвернулась от Эдварда, закрыла лицо руками. Слёзы душили её, но она справилась с собой, и, когда Эдвард исчез за деревьями, Агнесс уже вполне спокойно смотрела ему вслед. Подождав ещё несколько минут, она снова достала записку; но на этот раз во дворе не было ни души. Вокруг было тихо и безлюдно. Приближалась полночь…

Ещё раз оглянувшись на тёмные окна Дарквилла, она развернула мелко исписанный листок. Встав так, чтобы лунный свет падал на бумагу, Агнесс прочла:

«Мисс Коэн! Вы сказали мне «нет», но, может быть, придёт время, и вы измените ваше решение. Кэрри Энн Ортон никогда не желала вам зла. В любом случае, у вас ещё есть время, чтобы обдумать ответ. Завтра я буду ждать вас у западной стены замка в это же время. Если вы ответите «да», мы вместе обдумаем план её спасения. Если же – «нет», то, обещаю, я больше не потревожу вас.

Дж. Хантер. »

– Я приду, – сказала Агнесс вслух, как будто Хантер был здесь и мог услышать её. – Но как мне быть с этой запиской? Если сэр Альфред её прочтёт… – она не договорила и быстрым движением разорвала письмо пополам, потом – ещё раз и хотела было бросить обрывки в траву, но передумала и снова сложила их в карман своего платья.

– Нет, нет, – еле слышно прошептала она, – нельзя оставлять их здесь. Письмо Хантера нужно сжечь, и как можно скорее. Но как мне сделать это, чтобы никто ничего не узнал?..

Задумавшись, Агнесс не заметила, как дошла до дверей своей спальни. Нэнси по-прежнему спала; свет не горел, и, довольная, что всё обошлось благополучно, она разделась и легла, задёрнув полог кровати. Но Агнесс не спала. Она лежала с открытыми глазами, прислушиваясь к ночной тишине…

Кажется, прошёл час, и из полуоткрытого окна повеяло предрассветной прохладой; но до утра было ещё далеко. По-прежнему лёжа в постели, Агнесс слышала, как Нэнси, проснувшись, вошла в её комнату, чтобы узнать, не нужно ли чего её хозяйке.

Приподнявшись на высоких подушках, Агнесс откинула полог и негромко позвала:

– Нэн!..

Та обернулась, ожидая, что она скажет.

– Мне холодно; растопи камин. Ты видишь, я вся дрожу.

Не мешкая, Нэнси принялась за работу. Когда в камине запылал огонь, и красные языки пламени озарили тёмную комнату, Агнесс сказала:

– Хорошо… Кажется, теперь я смогу согреться. Но мне хочется пить; принеси холодной воды.

В графине, стоявшем на столике у кровати, уже была вода, но, вернувшись после встречи с Хантером, Агнесс выплеснула её, чтобы потом у неё был повод отослать Нэнси.

Как только служанка вышла, и в глубине коридора замерли её шаги, девушка поднялась с постели и села перед камином. В последний раз взглянув на четыре клочка бумаги, оставшиеся от записки Хантера, она бросила их в огонь и смотрела, как пламя пожирает написанные им строчки. Красноватые отсветы падали на её лицо, на белый кружевной пеньюар. Агнесс сидела неподвижно, по-прежнему глядя в огонь. Скоро должна была вернуться Нэнси, и тогда она снова ляжет в постель, чтобы сэр Альфред и Лоулесс думали, что она умирает. Но Агнесс уже не была больна. Лекарство, приготовленное Хантером, оказалось сильнее яда, который она принимала несколько месяцев по предписанию Лоулесса. Колдовство победило науку. Ибо в те времена, о которых сейчас идёт речь, колдуны ещё были сильны, и странные знания, передаваемые ими из поколения в поколение, они хранили в глубокой тайне. Орден Вечного Мрака был едва ли не самым древним из колдовских орденов, и Хантер хорошо знал своё дело. Агнесс осталась жива, не смотря на все старания Лоулесса. Чёрная книга, лежавшая в хижине колдуна, сослужила ему свою службу…