Зато этой книгой можешь пользоваться ты. Не только просматривать её, как иной раз удаётся мне, но и менять в ней что-то: стирать или дописывать, заканчивать чью-то историю или начинать новую. В твоих руках сейчас находится целый мир, который ты можешь изменить по своей прихоти, для своих целей.

Он поднялся со своего места, приподнял уголки губ и кивнул на дверь, находящуюся за алтарём.

– Идём. Мы ведь так и не позавтракали.

В Хель я провёл чуть больше месяца. С каждым днём узнавал что-то новое, каждую минуту обучался чему-то у Лорея. Он рассказывал мне всё подряд и отшучивался, что рано или поздно это может пригодиться. Я не спорил, внимательно выслушивал его и запоминал. О друзьях и школе, в которой вот-вот должен был начаться новый учебный год, старался не вспоминать. Пустота, хоть и приглушённая, всё равно пряталась где-то внутри.

Новость о том, что я нисколько не Избранный, а совсем даже наоборот, несколько меня успокоила. Ну не улыбалось мне, как какой-то герой из саги, терять по двадцать литров крови из пяти имеющихся, разрываться на части, чтобы успеть спасти всех, а в конце ещё и умереть ради спасения мира или пожертвовать собой для защиты верных друзей. Вот нисколечко не жалко, что достанется это всё кому-то другому! Но вместе с тем этот факт вызывал во мне непонятную обиду и тоску.

Незаметно наступала осень. Ночи постепенно становились холоднее, а день укорачивался. Погода стояла ясная и тихая, но под конец лета три дня с неба сыпался даже не ливень - нескончаемый поток воды. В этот день мы спрятались в жилище Лорея, за алтарём в Храме. До этого я и он ночевали в городе, иной раз даже раздельно. Нам казалось забавным исследовать мёртвый город, находить какие-то вещи и строить гипотезы, кому они могли принадлежать. Хранитель книги, оказывается, никогда ничем подобным не занимался. У него было два-три любимых места в городе, а на остальное он не обращал внимания. Но придуманная мной игра "Откопай побольше хлама и отгадай, чей же он?" ему нравилась. И он согласился, что эта забава помогает развивать логику. В один из дней нам даже повезло - нашли нетронутый сохранившийся дом. Слой пыли, конечно, был в толщину с палец, но создавалось впечатление, что жители просто встали и ушли, побросав вещи. Что же случилось с Хель? Лорей наотрез отказывался мне что-либо рассказывать, а до книги, чтобы я смог вызнать всё сам, не допускал.

Но на второй день, когда стало ясно, что дождь только набирает обороты, он попросил меня принести книгу и взял её из моих протянутых рук, отчего у меня глаза на лоб полезли. До этого ангел сам никогда её не трогал, а когда подходил ближе, чем на три метра, та начинала призрачно светиться, что меня немного пугало.

– Ну, ты же не был против, чтобы я её взял? Сам-то с ней боялся не справиться. Дело в том, что сам я её взять не могу. А если кто-то протянет, пожелает отдать - запросто.

Странная какая-то логика у его начальства. Охранять книгу должен, а в руки взять не может, только когда кто-то сам захочет ему её преподнести. Хотя, если он без Судьбы, то они очень даже предусмотрительно поступили. Неизвестно, как бы мог отомстить посланный чёрт знает куда подчинённый, у которого есть возможность поменять весь мир, разрушив его до основания, а потом выстроив заново. Быть может, Создатель тогда вмешался бы и поставил всё на свои места, но перестраховаться не помешает. Бережёного боги берегут.

Как только я понял, что сейчас можно воспользоваться книгой, у меня из головы вылетели все мысли о Хель и случившимся здесь. Осталась только одна: надо узнать, что случилось с семьёй. Может, родителям удалось спастись? А брат живёт сейчас где-то в королевстве? Но Лорей не дал мне книгу в руки, провёл ладонью по пустым страницам и несколько долгих минут вчитывался в буквы, возникшие на белом листе. Ещё с минуту молчал, вздохнул и заговорил:

– Твой отец умер здесь, при Хель. Мать скончалась полгода назад в рабстве, находясь в Имирейском союзе.
– Я непроизвольно сжал кулаки и стиснул зубы. А Орсавьель?
– Брат возглавляет свободных эльфов за Драконьими Клыками.

Как камень с души свалился. Если родителей я уже заочно похоронил, смирившись с этим, когда жил на улице, то неизвестность насчёт брата меня мучила. Его отряд направлялся в сторону, противоположную Хель. Тогда я сделал вывод, что он вполне мог остаться в живых. А теперь я точно знал, где он и что с ним. И совсем неудивительно, что он возглавляет свободных эльфов - лидерских качеств в Веле было через край.

– Хочешь отправиться к нему?
– Лорей как-то небрежно положил книгу на пол.

Смешно. Обойти Драконьи Клыки? Не встретиться по пути с дикими драконами? Суметь отыскать брата там? В одиночку? Или даже вместе с Лореем? Вряд ли из этого выйдет что-либо дельное.

– Тебе не кажется, что до этого времени везения у тебя было хоть отбавляй?
– усмехнулся Хранитель.
– Вода со временем стачивает камень, а огонь без особого труда проходит через лес. Если в тебе есть храбрость, если ты веришь в себя и свою цель, то можно дойти даже до небес. Но в такой ливень идти куда-либо - смерти подобно. Когда стихия успокоится, я покажу тебе короткий путь за Драконьи Клыки.

Я только и смог, что кивнуть в ответ.

Река вышла из берегов и затопила большую часть города, где-то едва-едва доставая до порожков домов, а кое-где скрывая под водой руины целиком. Я долго хлопал глазами на эту картину, когда мы с Лореем поутру вышли из Храма. К счастью, он стоял на возвышении - вода накрыла собой половину ступеней, ведущих сюда, наверх, и только. Зрелище, надо сказать, было захватывающим. Солнце ещё только выползало из-за горизонта, нехотя окрашивая тёмное предрассветное небо и перистые облака алыми бликами. И всё это великолепие отражалось в прозрачной воде, в которой можно было различить силуэты разномастных рыб.