— У меня в мыслях как-то не так страшно было, — вытер лоб Ждан. — И что, часто старухой представляют?

— Да всегда, — улыбнулась Эйта. — Как есть ещё никто не видел.

— И как же это моя Жданка решилась, — усмехнулся мужчина. — Мало того, что к колдунье, так ещё и одна через лес.

— Так она не одна, с подружкой была. Правда, та другая мне не понравилась, ну да она и получила по плате. Дура, решила, что ведьму обмануть безнаказанно можно. Как она, кстати? Не померла ещё?

— А ты о ком говоришь? — нахмурился Ждан.

— Чернявая такая, Белкой кличут. Хотела соперницу извести. Я спрашиваю, а чего извести-то, увела бы мужика и ладно, так нет. Хотя она права была, того мужика не увести, уж больно там любовь сильная.

— А кого извести Белка хотела? — с опаской поинтересовался Ждан.

— Не знаю, — пожала плечами Эйта. — Знаю только что мужика Добрыней зовут.

— И ты ей помогла? — подскочил мужчина. — Да как же можно так запросто взять и человека угробить. Лада, она же молоденькая совсем.

— Чего раскричался? — удивилась Эйта. — Ладе этой твоей хуже жить стало? Нет, тогда чего шумишь. Сказала же, Белка в плату порченое зерно принесла, я зелья по плате и сделала.

— А почему Белке должно плохо быть? — вспомнил Ждан.

— А потому что я «добрая», — усмехнулась девушка. — Я ей тоже отварчик дала, чтобы Добрыню побыстрее завоевать, на мухоморах настоянный.

— А Ладе?

— А Ладе я постаралась, — Эйта была весьма довольна собой. — Видела я, у неё с детками проблема, вот и сделала, чтобы немного помочь.

— То есть Ладу ты не отравила?

— Нет же. Экий ты тугодум, — нахмурилась девушка. — Хотя… Я не отравила, в следующий раз Белка к другому колдуну обратится, рано или поздно всё одно изведёт она твою Ладу.

— Лада не моя, а Добрынина, — поучающее, сказал Ждан. — А Добрыня мне друг.

— Тогда пусть твой друг жену подальше увозит.

— Точно, — мужчина дёрнулся в сторону села, но потом вернулся. — Спасибо тебе, — поклонился он Эйте. — И за меня с женой спасибо, и за Ладу с Добрыней.

— Беги уже, предупреждай, — усмехнулась девушка. Мужчина уже давно скрылся, а она всё ещё сидела и улыбалась. Оказывается, когда тебя благодарят от всего сердца не менее приятно, чем когда бояться. Наверное, даже больше. И ведь не сделала почти ничего. Разве что остановилась правду рассказать. Ну так это ещё бабушка её покойная говорила, что иногда, когда сильно завираешься, бывает лучше всю правду рассказать. Не всегда, конечно, срабатывает, но в данном случае помогло. Эйта встала, отряхнула юбку и пошла к лесу.

— Эй, красавица, — окликнула её немолодая, розовощёкая женщина в красиво расшитой рубахе под распахнутым тулупом. — Ты откуда такая? Я тебя раньше не видела.

— Нездешняя я.

— А это и не важно, — махнула пухленькой рукой женщина. — Я Вилена, слыхала?

— Не слыхала, — честно ответила Эйта.

— Это в какой же ты глуши живёшь, что о лучше свахе в округе не слышала ничего? — нахмурилась женщина, но тут же выражение её лица стало добродушным. — Ты, я вижу девушка ещё незамужняя. Могу подсобить.

— Это как? — не поняла Эйта.

— Мужа тебе найду, глупенькая, — пояснила Вилена. — Вон, например, смотри, — она взяла девушку под локоток и повернула. – Видишь, парень у дома под берёзой? Холостой, жених что надо. Может и не красавец, но зато мастер по дереву отменный. Не смотри что косой, в мужиках не это главное.

— Ты что, меня сватаешь? — до Эйты наконец дошло, и она громко и заливисто расхохоталась. — Меня? Да за что же ты его? – девушка, всё ещё смеясь, махнула на парня, — так наказываешь?

— Почему наказываю? — Вилена растерялась. — Или у тебя другой кто есть на примете?

— А ему, что же, всё равно кого в жёны брать, он и на ведьму соглашается? — снова рассмеялась Эйта, поняв, что сваха из последних сил старается держать лицо, хотя уже вообще пожалела что подошла.

— На какую ведьму? — Вилена попятилась. — Ты что же…

— Да, — кивнула Эйта. — Ох, видит батюшка Небо, давно я так не веселилась. Спасибо тебе, Вилена. Коли соберусь замуж, обязательно к тебе обращусь. А пока, удачи тебе, — Эйта поклонилась и от всей души отправила перепуганной свахе порцию удачи и везения. А потом, всё ещё смеясь, пошла к лесу.

Не успел в лесу сойти последний снег, как лесные нежити принесли Эйте дурные вести.

— Беда, матушка, — потупившись, сообщил леший. — За лесом люди пришли.

— Как пришли так и уйдут, — пожала плечиком девушка.

— Не уйдут, — Леший заёрзал на своём пеньке, опустив голову ещё ниже. — Город они ставить будут.

— С чего ты взял? — колдунья нахмурилась.

— Обряды совершают, лес рубят, дома ставят. Подарки носят, всё как положено — едва слышно ответил лесной хозяин.