Три рыцаря?.. Я их ищу.

Тебя я в тайну посвящу:

Те трое девушку украли

И, как мошенники, удрали,

Презревши рыцарскую честь.

За это их постигнет месть..."

Тут вспомнил отпрыск Гамурета,

Как ложь от правды, тьму от света

Высокороднейшая мать

Его учила отличать.

И, внемля всаднику сему,

Он понял: бог сошел к нему.

"Прости меня, о всемогущий,

Свет справедливости несущий!" -

В благоговенье он вскричал...

Граф головою покачал:

"Тебе я истинно скажу:

Не Бог я, но ему служу".

Но ты мне так и не ответил:

Ты рыцарей моих не встретил?"

И мальчик восклицает снова:

"Что значит – рыцарь? Это слово

Доселе неизвестно мне..."

Граф, восседавший на коне,

Сказал: "Ты молод чересчур.

Но славный наш король Артур

Возводит в рыцарское званье

Всех, кем заслужено признанье

И покровительство его.

Кто не страшится ничего,

Кого геройство не покинет,

Тот при дворе Артура принят.

Спеши припасть к его стопам,

И рыцарем ты станешь сам!.."

И мальчик, перед графом стоя,

Коснулся панциря героя,

Спросив, как спрашивают дети:

"Что означают кольца эти?

Ты кольца носишь на груди?!"

Взглянув на маленького друга,

Граф рассмеялся: "Погоди!..

Не кольца это, а кольчуга.

Я ею прикрываю грудь,

Чтоб не могли меня проткнуть!.."

Промолвил мальчик с удивленьем:

"Такую шкуру бы – оленям,

Их не сразило бы мое

Неотразимое копье!"

. . . . . . . . .

И рыцарь в путь пустился дале.

Его крестьяне увидали,

Что обрабатывали луг.

Немалый вызвал в них испуг

Вид неожиданного гостя:

Его копье, доспехи, меч.

Но без надменности и злости

Он обратил свою к ним речь:

"Да охранит вас божья милость!..

Скажите, вам не приходилось

Здесь встретить девушку одну?

Сию несчастную княжну

Злодеи подлые украли.

Я весь дрожу: не умерла ли

Она от страха и тоски?

Я разорвать готов в куски

Ее обидчиков проклятых,

Что мимо вас промчались в латах!"

. . . . . . . . . .

Лишь граф с крестьянами расстался,

Ужасный шум вокруг раздался.

Крестьяне стонут: «ах!» да «ох!».

Произошел переполох.

Всех охватил великий трепет:

"Ужо владычица нам влепит!

Да как же смели мы его

В лесу оставить одного!

Считай, отныне всем нам – крышка.

Возрос в неведенье мальчишка,

Лесную дичь копьем пронзал

И вдруг о рыцарях прознал!

Небось кровишка-то взыграла

При виде шлема и забрала,

А от кольчуги, от стальной,

Он весь, ей-богу, как шальной!.."

Вот мальчик к матери приходит,

Горящих глаз с нее не сводит

И все выпаливает вслух.

Едва не испустила дух

Она в немыслимой печали,

Спасибо – люди откачали.

А мальчик дальше речь ведет:

"Каких я четырех господ

У нас в лесу сегодня встретил!

Что свет небес, их облик светел!

Впервые я узнал от них

О славных рыцарях лихих

И короле Артуре гордом.

Кто, обладая духом твердым,

Не дрогнет в боевой игре,

Тот принят при его дворе.

Клянусь, что я не успокоюсь,

Покуда сам не удостоюсь

Стать верным рыцарем его!.."

Нет, матери-то каково

От сына слышать речи эти?

Не за него ль была в ответе

Она пред Богом и людьми?

О, сжалься! Боль ее уйми

И смилуйся над ней, всевышний!..

Но вечно плакать – труд излишний.

Коль хочешь вовремя спастись,

Без хитрости не обойтись.

Порою хитрость – та же сила...

И вот схитрить она решила:

"Сын просит дать ему коня?

Что ж, он получит от меня

Коня – то бишь, слепую клячу -

И шутовской наряд в придачу,

А в одеянье дурака

Узнает он наверняка

Толпы насмешки и побои: