– И где он?

– Где – не сказала.

– Она обычно все рассказывает. Может, ты недопоняла чего?

– Может, и недопоняла.

– Ну, главное, что живой. Значит, вернется к тебе скоро, – утешает тетя Люба.

– А, может, уже и женился где-то.

– Эх, зря ты так убиваешься. Молодая, красивая. Их у тебя еще будет!

– Один он такой просто.

Сама не поняла, что сказала. А Влад?

17. КЛЮЧ

Это просто такой ритуал. Ане кажется, что город украшают, как покойника. Мысли сводят с ума – шуршат в голове гирляндами. Противно.

– Все по-прежнему? – спрашивает кто-то по телефону.

Высвечивает: номер не определен.

– Да, – отвечает она неизвестно, кому.

Не хочет задавать банальных вопросов. Она никогда не узнает голоса по телефону, а эстрадных певцов различает только по внешности.

– Как ты себя чувствуешь?

– Работаю. У нас новогодняя акция: паста «Блэндамед» и зубная щетка – бонус к лечению.

– А щетка мягкая?

– На выбор. Есть и мягкие.

– Тогда я приеду.

– Влад, это ты?

– Не узнала?

– У меня проблема... с голосами по телефону.

– Я понял.

Все что-то такое понимают про нее…

Он приходит, когда за окнами клиники уже темнеет, и она заканчивает прием. Аня смотрит на него и снова поражается тому, насколько он красив. Высокий, стройный, крепкий, с темными короткими волосами и ослепительно синими глазами. Брови черные, ресницы длинные, нос тонкий, губы... эти губы она еще помнит на вкус. И все остальное – тоже пока еще помнит.

Парень садится на подоконник, закидывает ногу на ногу, демонстрируя обычную уверенность плавных движений.

– Где эти ваши зубные щетки?

Аня протягивает ему несколько на выбор. Он внимательно их рассматривает и выбирает мягкую с зеленой ручкой.

– Даже со щетками ты играешь, – замечает Аня.

Он улыбается.

– Наверное. С определенного момента – я не прекращаю ни на секунду. И это не тяжело.

– А когда ты убивал... тоже не тяжело было? – спрашивает она вдруг.

Он молчит. Вертит в руках зубную щетку.

– Иногда, чтобы спасти одну жизнь, нужно принести в жертву другую, – говорит наконец. – Бывают очень строгие... жесткие обстоятельства... как это случилось с тобой.

– Бывает и иначе?

– Никто не застрахован от ошибки.

– Ты обещал... рассказать мне о ключе...

Фраза дается ей непросто. Он отвлекается от своих мыслей.

– Конечно, я расскажу. Даже более того – я не прошу тебя ничего рассказать мне первой. Не спрашиваю о твоем воскресшем и снова сгинувшем парне, не прошу делать выбор, не зову никого к барьеру.

– Я это оценила! – обрывает она резко.

Кажется, фраза должна задеть его, но он пропускает ее мимо ушей.

– Поедем к тебе. Неудобно говорить, глядя на медицинские инструменты.

Они вместе выходят из клиники. Аня ступает на ледяной тротуар своими осенними, легкими ботинками и торопится к машине. Садится за руль, и Влад внимательно всматривается в нее.

– Соскучился по тебе...

– Это хорошо. Я замерзла немного, нужно согреться, поужинать... оттаять.

– Ты готовишь?

– Нет, не готовлю. Я же одна – кому мне готовить?

– Мюсли ешь?

– Да, мюсли. Иногда просто чай пью.

– Без мюслей?

– Очень смешно!

Он улыбается.

– А ужинать что будем?

– Закажем что-то.

– Пиццу хочешь? – он достает из кармана рекламу какой-то пиццерии и делает заказ, четко называя ее адрес.

И вдруг снова, как уже бывало с ним наедине, мир начинает казаться Ане очень неестественным. Когда-то она даже не верила, что этот парень реально существует, звонила в «Интерстар» и узнавала, есть ли у них такой сотрудник. А потом ради нее он убил человека...

Неужели после этого она не может ему доверять? Даже реклама пиццерии в его руках кажется ей какой-то фикцией.

– Где ты взял эту рекламу? – спрашивает она зачем-то.