– Нет. Я живу один. Семьи нет. Детей нет.

Может, это его проблема. Но Колос не выглядит огорченным по этому поводу. Аня даже удивляется.

– Вам уже пора… как бы.

Как обычно, она не заставляет себя облагораживать свои мысли.

– Вы же прочно стоите на ногах…

– В таком состоянии обязательно заводить детей?

– Мне так кажется.

– А в вашем состоянии?

– Мой любимый сейчас далеко.

– И вы вынуждены обращаться за помощью к профессионалам, – резюмирует он.

Аня отказывается улавливать его иронию. Уходит к себе и гасит свет. С ним, правда, не страшно. Она слышит, как кряхтит новый диван под тяжелым телом гостя. Эти звуки навевают что-то безмятежное, домашнее, уютное. И вдруг раздается телефонный звонок.

– Вячеслав! – зовет она испуганно.

Он тоже подходит к телефону.

– Женя это уже фиксирует. Снимайте трубку.

Аня слышит знакомый голос Романа:

– Начальник там? Разбуди его и передай, что его мальчик случайно упал в канализационный люк. И ты теперь моя.

Как только он отключается, на мобильный Колоса звонит Жека:

– Мы выезжаем к таксофону. Про Генку правда?

– Если это правда, – рассуждает Колос спокойно, – мы имеем дело с холодным убийцей, который просто бросает нам вызов.

Буквально через минуту звонит дежурный из милиции. Колос только кивает в трубку.

– Да, мой парень. Да, ясно. Да, буду.

Потом поднимает глаза на Аню.

– Нашли в люке. Масса ножевых ранений. Он мертв.

– Он шел к маме на День рождения…

– Мы должны рассказать в милиции, что именно он расследовал.

– Нет!

– Почему?

– Я заплатила вам деньги! Если вы не в силах мне помочь – откажитесь от дела и верните мне аванс. А потом уже – идите с отчетом в милицию! – заявляет Аня.

– Что?!! Да дело сейчас не в деньгах, не в авансе, а в человеческой жизни!

– Мы заключили договор! Вы не имеете права разглашать информацию! И если единственное, на что вы способны, это бежать в первый же милицейский участок за помощью, то вы такие же детективы, как я оперная певица!

– Мои люди сейчас занимаются этим!

– Вот и пусть занимаются!

– Но Анна!

– Я подписала договор с агентством. Я не права?

Он резко отворачивается.

В этот момент она не думает ни об убитом Генке, ни о его матери, ни о Колосе, ни о себе. Она думает только о Герасимове. Как и всегда, впрочем…

12. РАССЛЕДОВАНИЕ

Его личность не установили. Возможно, он никогда не был под следствием и не нес уголовной ответственности. Поэтому и действует так смело – с уверенностью в своей безнаказанности. Может быть, это человек, психика которого абсолютно разрушена. Может, он умышленно бравирует перед финалом – сам стремясь к своей смерти. Но Аня думает только об одном: за что ей это?

Еще недавно ее мысли были заняты только Герасимовым и его возможным возвращением, и вдруг все ее настоящее исчезло. Исчезло ее нетерпеливое ожидание чуда, а остался только холодный ужас унизительного преследования.

Почему она? Почему именно она должна была привлечь внимание человека с нездоровой психикой? Неужели ее внешность настолько вызывающа? Неужели она способна провоцировать только на гнусность?

Весь следующий день в клинике с ней провел Костик-Фокс, невысокий, коренастый парень, с коротко стриженным светлым ежиком на голове и серыми невеселыми глазами.

– Да, дело серьезное. Вы, как я понял, что-то против ментов имеете?

– Имею.

– Шеф сейчас в ментовке выкручивается. Но у нас – максимум три дня, чтобы найти эту сволочь. А иначе – всем кердык. И контору нашу закроют к чертовой матери…

– Да, прибавила я вам хлопот, – усмехается Аня.