Я приезжаю в «Амур» посреди бела дня. Походкой завсегдатая дешевого фаст-фуда подхожу к Вале.

– Не было Ларисы?

Она улыбается как старому знакомому.

– Не было ни разу.

Я записываю на салфетке номер телефона (светить визитку детектива не имеет смысла) и протягиваю девушке.

– Позвони мне, если она вдруг появится.

Подкрепляю просьбу обычной для нашего общения купюрой.

– Хорошо, конечно, – Валя прячет в кармашек красных форменных брючек и салфетку, и номер телефона, и купюру, и мои надежды.

Ухожу, цепляясь за временное облегчение...

Потом возвращается прежний драйв. В авто достаю карточку с золотой линией и набираю номер Леди Х.

– Наташа?

– Да. Здравствуйте.

– Это Илья.

– Здравствуй, Илья, – повторяет она.

– Здравствуй, Наташа! – смеюсь я.

Беседа обещает быть содержательной. Она тоже смеется.

– Есть свободная минутка? – интересуюсь вежливо.

– Есть, но вечером.

– Хорошо. Где можно тебя найти?

– Найти? Ну... найди меня в кафе «Бонжорно» на Кузнецком мосту. В восемь вечера. В том зале, который справа от входа.

Я обещаю. Так или иначе, с Леди Х у меня должно быть больше общих опознавательных черт. Да и просто интересно, как вчера рассосалась та пробка на дороге.

До вечера – стреляю в тире. Не очень люблю это занятие, но на волне нахлынувшего драйва палю по мишеням, надеясь за один день улучшить свои снайперские способности до невозможного – выбить сто очков призрачного счастья из ста. В этом тире мы уже бывали с Генкой, когда он тестировал меня на предмет соответствия его организации. Тогда он показал намного лучший результат. Намного – не то слово.

Менеджер тира Андрей меня идентифицировал с первого взгляда.

– Как работается? Что Гена? Крокодил?

– Нет, нормальный, – усмехаюсь я. – Отлично работается.

Андрею – не больше двадцати пяти, и, наверное, он считает, что нашел самое тихое и уютное место под солнцем. Эта мысль тоже меня веселит.

– А у вас как работается? Тихо?

– Шумно. Но тоже отлично.

Не люблю вот таких худых и долговязых. Хотя говорят, что высокие люди не так часто замышляют недоброе, как низкие. Низкий человек – низкие поступки. Весьма спорно, конечно.

Леди Х вовсе не высока, но стройна и на этот раз более изящно одета: в двойную блузу с длинными и короткими рукавами и джинсы, расклешенные штанины которых видны из-под стола. Молодежная такая мода, и лет ей всего-то двадцать шесть-семь, а на первый взгляд – так и вообще восьмиклассница. Пьет какой-то безалкогольный коктейль из высокого бокала и наблюдает, как я подхожу к ее столику. Не машет рукой и не улыбается. Изучает меня молча. Короткий ежик волос лежит смирно. Глаза – большие, серые, с искорками – кажутся веселыми, хоть она и не улыбается.

– Здравствуй, – здороваюсь я в третий раз за сегодняшний день и сажусь напротив.

Ежик подкупает. Беззащитно это... Полупрозрачные, хрупкие, маленькие уши без дырочек... и совсем коротенькие, едва отросшие, темные волосы...

Она тоже смотрит оценивающе. Я не очень молод, не очень красив, но у меня добрый взгляд. Именно таким я хочу показаться ей сейчас – опытным и нежным товарищем по оружию.

– Прекрасно выглядишь, Наташа... в нерабочее время, – делаю пробный комплимент.

– А в рабочее – похуже?

Она, наконец, улыбается.

– Тогда, на трассе, я перепугался за тебя не на шутку!

– Не подумал, что я тоже киллер?

– Не знаю. Кажется, не подумал.

– Я продолжаю, кстати, охранять Гавриша. Пока это все не прояснится окончательно.

– Это твоя специализация? Охрана?

– Не люблю долгих расследований, всей этой маеты, тягучей резины. Я люблю действия. Горячее действие. Скорость.