Вот в чем корень его беспокойства, – он гадал, была ли сила, побудившая его вернуться домой, какого-то другого происхождения.

Да, определяющим моментом явилась смерть Кристины. Не было никакой высшей силы, направившей его. Не было никакого знамения. Он вернулся просто потому, что его сестра умерла, и захотел выяснить, что с нею случилось.

Однако какими бы ни были причины, он здесь пленник, как и все остальные, и он чувствовал себя ответственным за то, чтобы вытащить их отсюда. Марк никому ни словом не обмолвился о Силах, и хотя он сознавал, что ему следовало сразу же выложить все начистоту, момент был упущен. Теперь признаваться поздно, это повлечет за собой слишком много вопросов. Судя по всему, ни у кого никогда не было никаких сверхъестественных чувств, и никто не подозревал о том, что он ими обладал.

Ну а Биллингс-то знает правду?

Марк в этом сомневался.

Возможно, в этом кроется его преимущество.

Марк решил предпринять еще одну попытку. Если что-либо и поможет ему освободить всех и вырваться из Дома, то только Силы. Если он получит возможность прочитать Биллингса, изучить Дом…

Марк собрался с духом.

Полностью сосредоточился.

Ничего.

У него разболелась голова, в висках стучала кровь, мышцы начинали ныть от непрерывной нагрузки, поскольку тело напрягалось и расслаблялось, напрягалось и расслаблялось. Марк отер со лба пот, снова поднял взгляд вверх и надавил с такой силой, что глаза, казалось, готовы были вот-вот лопнуть.

И в ногах кровати появилась призрачная фигура.

Марк увидел ее периферийным зрением и тотчас же выпрямился, поворачиваясь к ней.

Кристина.

Она выглядела старше, вероятно, так, как выглядела на момент смерти, но Марк сразу же ее узнал. Сестра не имела телесной плоти, но в то же время и не была прозрачной. Она казалась какой-то… сияющей. Словно сотворенный компьютерной графикой призрак в высокобюджетном фильме.

Сначала это показалось Марку подозрительным, он не поверил, что реальность так близко сочетается с убогим воображением творцов кино, но затем Кристина повернула голову, склонила ее набок, оглянулась вокруг, словно стараясь понять, где находится, и увидела Марка.

Она улыбнулась, и все ее лицо озарилось.

И Марк понял, что это действительно его сестра.

– Они у нас по-прежнему есть, – сказала Кристина, и у нее на губах появилась игривая улыбка. Протянув руку, она прикоснулась к ноге Марка, и он ощутил не давление, а приятное тепло, словно кожи коснулся луч солнца. – Как ты, Марк?

Он молча кивнул, не зная, что сказать.

– Ты не виноват, – продолжала Кристина. – Я имею в виду, в моей смерти.

– Я никогда…

– Неправда. – Кристина рассмеялась, и ее смех напомнил Марку звон колокольчиков, шум ветра в ветвях. – Я тебя хорошо знаю, Марк.

– Я должен был вернуться за тобой. Я должен был быть здесь.

– Ты сделал свой выбор. А я сделала свой.

Сбросив ноги с кровати, Марк встал и подошел к сестре. Он протянул руку к ее лицу, однако его пальцы прошли сквозь ее тело, ощутив только приятное тепло.

Марк шумно вздохнул.

– Как ты умерла? – спросил он. Вот ради чего он пришел сюда. Вот что он хотел узнать в первую очередь.

Кристина нахмурилась:

– Я не могу об этом говорить.

– Кристина!

– Я здесь не для этого. Я вернулась сюда ради другого.

– Это я вызвал тебя?

– Ты этому поспособствовал, – снова улыбнулась Кристина.

– Как ты умерла?

– Я же тебе сказала…

– Я должен знать!

Марк не отрывал взгляда от лица сестры, и у нее в глазах он увидел внутреннюю борьбу.

– Я не должна говорить с тобой об этом.

– Кристина…

Сестра с опаской оглянулась по сторонам, словно убеждаясь в том, что никто не подслушивает.

– Ты сам знаешь, – сказала она, многозначительно посмотрев на брата.

Исходившее от нее тепло сменилось холодной волной, родившейся в нем.

– Девочка? – спросил он.

Кристина молча кивнула.

– Я это знал! Что произошло?

– Я не могу…

– Кристина…

Еще один испуганный взгляд по сторонам.

– Она уселась мне на лицо. И задушила меня.

– О господи!..

– Она постоянно предлагала мне заняться с нею сексом. А я неизменно отказывалась. И полагаю, в конце концов она взяла все в свои руки. Я спала, а когда проснулась, девочка сидела у меня на лице, и я не могла дышать. Я попыталась столкнуть ее с себя, но, несмотря на то что она по-прежнему оставалась ребенком, весила она не меньше борца сумо. Мне не удалось согнать ее с себя. Я пробовала ударить ее, стряхнуть с себя, пробовала перевернуться на живот, но девочка просто сидела на мне, и в конце концов я потеряла сознание. И умерла.

– Я должен был быть здесь, – сказал Марк. – Я должен был вернуться после смерти отца.

– Ты все равно ничего не смог бы сделать.

– Я защитил бы тебя.

– Только в том случае, если бы каждую ночь спал со мной. Но даже ты, по-моему, не настолько ненормальный.

Кристина насмешливо улыбнулась, и Марку пришлось улыбнуться в ответ.

– Я по тебе скучаю, – сказал он.

– И я по тебе скучаю.

– А ты не пробовала прогнать девочку из Дома? Ее и Биллингса?