– Зачем пришел? – спросил он, возвращаясь в кожаное кресло. Во взгляде, который он бросил на посетителя в мятом плаще, сквозило снисходительное презрение. – У меня много работы. – Он кивнул на папки на столе.

Шиффер чувствовал, как напряжен Шарлье, и понимал, что его небрежная поза – не более чем игра. Он проигнорировал предложенный комиссаром стул и пошел в атаку.

– Четырнадцатого ноября две тысячи первого года ты забрал к себе свидетельницу по делу о нападении на одно частное предприятие. "Голубые ворота", турецкие бани в Десятом округе. Зема Гокальп. Расследование вел Кристоф Бованье. Проблема в том, что никто не знает, куда ты ее спрятал, она словно испарилась, исчезла с лица Земли. Мне плевать, чем ты руководствовался, я хочу знать одно: где она сейчас?

Шарлье театрально зевнул. Сыграно было неплохо, но Шиффер умел читать по лицам: людоед испугался. Под дверь его кабинета только что подложили бомбу.

– Не понимаю, о чем ты, – бросил он наконец. – Зачем тебе эта женщина?

– Она связана с делом, над которым я работаю.

Комиссар напомнил отеческим тоном:

– Шиффер, ты в отставке.

– Я вернулся.

– Какое дело? Куда вернулся?

Шиффер понимал, что ему придется сказать правду, если он хочет получить от Шарлье хоть какую-нибудь информацию:

– Я расследую три убийства в Десятом округе.

Уродливое лицо Шарлье скривилось.

– Этим занимается уголовный розыск. Кто тебя привлек?

– Капитан Поль Нерто, он ведет дело.

– А как с этим связана твоя Зема-как-ее-там?

Шарлье принялся играть разрезным ножом – это был кинжал в восточном стиле. Движения выдавали растущую нервозность.

– Ладно, я видел протокол об этой истории в банях, – признал он наконец. – Кажется, обычный рэкет...

Шиффера не зря считали мастером допросов – за много лет он научился распознавать малейшие нюансы тона. В основном Шарлье не врал – он не придавал значения нападению на "Голубые ворота". Теперь нужно поддать жару, чтобы он окончательно заглотнул наживку.

– Это был не рэкет.

– Нет?

– Серые Волки вернулись, Шарлье. Это они напали на бани. В ту ночь они похитили девушку. Ее труп был найден два дня спустя.

Кустистые брови взлетели вверх, как два вопросительных знака.

– С чего бы им убивать обычную работницу?

– Они получили контракт. Ищут женщину. В турецком квартале. Можешь мне поверить. Они уже трижды промахнулись.

– Какая тут связь с Земой Гокальп?

Так, теперь накормим его полуправдой.

– Она все видела в ту ночь в банях. Зема – главный свидетель.

Во взгляде Шарлье мелькнуло сомнение. Такого он не ожидал.

– С чем, по-твоему, связаны эти нападения?

– Не знаю, – снова солгал Шиффер. – Но я ищу убийц. И Зема может навести меня на след.

Шарлье поудобнее устроился в кресле.

– Назови мне хоть одну причину, по которой я должен тебе помогать.

Сыщик наконец сел. Торг начался.

– Я сегодня очень великодушен и назову тебе сразу две. Во-первых, я могу сообщить твоим начальникам, что ты скрываешь свидетелей по убойному делу. Согласись, они вряд ли это поймут.

Шарлье улыбнулся.

– Я могу предъявить все бумаги. Постановление о высылке. Билет на самолет. Полный ажур.

– У тебя длинные руки, Шарлье, но до Турции они вряд ли дотянутся. Мне достаточно будет сделать один звонок, чтобы доказать, что Зема Гокальп не возвращалась в Стамбул.

Шифферу показалось, что Шарлье уже не так уверенно выглядит в своем роскошном костюме.

– Кто поверит продажному легавому? Со времен работы в подразделении по борьбе с мафией ты стал ходячим прибежищем неприятностей. А я, – Шарлье обвел руками кабинет, – стою на самом верху пирамиды.

– В этом и заключается преимущество моего положения – мне нечего терять.

– Приведи довод поубедительней.

Шиффер поставил локти на стол. Он знал, что уже победил.

– План "Vigipirate-95". Ты тогда лично обрабатывал подозрительных магрибских засранцев в комиссариате Луи-Блан.

– Шантажируешь комиссара?

– А может, облегчаю совесть. Я в отставке. Расскажу наконец все, что знаю, вспомню Абделя Сарауи, которого ты забил до смерти. Если я откажусь от зарока молчания, моему примеру последуют все ребята из Луи-Блан. Ты уж мне поверь – они вряд ли забыли, как кричал в ту ночь Абдель.

Шарлье, не поднимая глаз, крутил в огромных ручищах ножик. Когда он наконец заговорил, тон его изменился:

– Зема Гокальп не сможет тебе помочь.

– Вы... вы ее?..

– Нет. Ее задействовали в эксперименте.

– В каком именно эксперименте?

Пауза. Шиффер повторил свой вопрос:

– Так какой опыт вы на ней поставили?

– Психическая обработка. Новая методика.

Вот оно что. Манипулирование психикой человека всегда было навязчивой идеей Шарлье. Научиться проникать в мозги террористов, изменять сознание и прочий бред... Зема Гокальп стала морской свинкой помешавшегося на бредовой идее экспериментатора.