– Получается, возможно все, что мыслимо…

– И не только. Ведь мыслимо и то, что мы можем помыслить. Но то, что мы можем помыслить, мы можем и не помыслить. Значит, непонятно, существует оно или нет. Каждый миг – это развилка. И в зависимости от событий, реальность не утекает в какое-то одно русло. Просто в каждый миг случаются абсолютно все события. И наша реальность дробится на тысячи, миллионы, миллиарды других реальностей. Нашей реальности и нет как таковой. Ты никогда не знаешь, в какую реальность попадешь в следующую секунду. Жизнь – это путешествие по несметному числу реальностей… А человек, да и любая форма жизни – сталкер, путешественник, первооткрыватель. Можно не признавать этого, но, рождаясь, каждый из нас отправляется в свое длинное и неповторимое путешествие… в свою дорогу приключений. Да и что есть рождение?.. Рождение – не отправная точка, а контрольная. Как и смерть. Поэтому, Реверс, ничего-то, по сути, и нет, и все есть. Относись созидательно, помни, кто ты есть, и слушай, что подсказывает тебе то, что мы для краткости привыкли звать чуйкой. Она как путеводная нить в лабиринте. Только она позволит тебе попасть туда, куда ты хочешь. Если достаточно сильная, чтобы не ошибиться в выборе…

Реверс внимательно выслушал все, что ему сказал Орел. Вопросов после длинной речи больше не задавал. Задумался. Вот и превосходно. Пусть лучше мозг трудится, а не спит. Сон разума порождает чудовищ. С ним сейчас это происходит в прямом смысле.

Зона распознала нового собеседника и прощупывает его, вертит на ладошке, разглядывает, что за неведомая зверушка припожаловала. До сих пор Реверс в лучшем случае только мелькал у нее на краю бокового зрения.

Они шли по степи, раздвигая стебли дикой, высохшей, когда-то рыжей, выше Реверса, а Орлу до глаз, травы. Без малого сотню лет как позабывшей о том, что значит быть скошенной.

Как только окончательно наступит и погребет под собой зима, тут все окончательно погрузится в забвение.

Реверса, судя по внешним признакам, не отпускало необычайное напряжение. Сжатый, как пружина, он затравленно зыркал по сторонам, кусал губы, передергивал плечами.

Но вскоре его состояние изменится под давлением обстоятельств. Напарник будет успокаиваться и разжиматься. Хочет он того или нет.

– …Углубляемся в Сонные Веси, – говорил Орел по ходу. – Чувствуешь уже, почему их так назвали? Правильно. Когда идешь по ним, тебя жутко клонит в сон. Телодвижения даются с трудом. Желание остановиться и выпасть из яви заглушает разум… Чувствуешь, как эти ветви деревьев лениво склоняются к земле? Ощущаешь, как низкое, серо-белое небо нагнетает усталость и скуку? Как ветер заводит свою песнь откуда-то издали, каждый раз на одной и той же ноте, словно укачивая младенца?

– Спать нельзя? – Реверс встряхнул головой.

– Пока мы идем по полю – категорически, – запретил Орел, рассекая заросли, держа быстрый темп и не позволяя себе и напарнику опуститься наземь и прикорнуть в уютном гнездышке посреди стеблей. – Здесь водятся очень опасные существа. Они следят за нами, все время, даже сейчас. Поэтому бодрствуй, если сдашься и утратишь бдительность – тебя растерзают.

– Но если я не усну, они не нападут?

– Нет. Они лишь будут рядом. Будут следовать по пятам и выжидать, пока жертва обессилеет. Мы не видим их за бесконечными рядами стеблей и не слышим из-за шелеста.

– Так это они… создают… сонную атмосферу?

– Нет. Это сами Веси, они питаются нашими жизненными силами. Они главный противник. Монстры только пользуются удобными условиями. Но в лес им вход заказан. Когда доберемся до леса, там сможем лечь и поспать. Сопротивляться просто уже не сможем, придется отдать дань за проход.

– Но Веси… выжрут нас… спящих…

– Нет, нет! У спокойно спящих они не съедают все. Мы проснемся. Веси заберут лишь часть сил в расчете на то, что мы уйдем и когда-нибудь вернемся, опять полные жизненных соков. Они заботятся о запасах еды на будущее.

– Не хочу… Я выстою… Не стану спать…

– В том-то и дело. Здесь худо-бедно можно терпеть. Но в лесу наваждение станет непреодолимым. И если ты не уснешь, Веси точно не дадут тебе выбраться, разозлятся и сожрут целиком. Поверь опыту… Я ходил тут. И знавал такого, который не уснул вовремя… Так что спать придется. Главное, продержись до леса… Продержись до леса…

Глаза у Реверса с каждым шагом слипались все сильнее: они неимоверно устали и скоро почти перестанут различать дорогу.

Напарник вот-вот погрузится в переходное состояние между сном и бодрствованием и сам едва уловит эту границу. Ноги уже еле плетутся, мышцы отказываются работать, ему приходится пересиливать себя. А в голове наверняка лениво ворочается мысль о том, что вот поле закончится, и можно будет расслабиться.

А еще он может захотеть прямо сейчас сделать перерывчик. Ну хотя бы минуточку… Постоять, отдохнуть, а потом дальше идти. Но нет, Реверс сжал кулаки и встряхнулся. Значит, у него еще есть самообладание. Он прекрасно понимает, что если перестать идти, то расплывшееся тело просто свалится и утонет в пучине забвения.

Но зевота выворачивает челюсти, веки скатываются на глаза, все сливается, дорога плохо различима… В этот момент Орел потрепал Реверса по плечу и посоветовал поставить оружие на предохранитель – во избежание. Реверс согласился, долго ковырялся, не соображая что к чему, наконец сделал усилие и выполнил операцию.

Теперь заполненную туманом голову наполнят хаотические обрывки мыслей… Опять бесконечные шаги…

И вдруг!

– Пришли-и-и-и… – блаженно пролепетал Реверс и рухнул как подрубленный в услужливо раздавшиеся стебли травы.